Стихотворения

В сборник входят стихи, песни и думы выдающегося русского поэта Алексея Васильевича Кольцова (1809–1842), написанные в течение пятнадцати лет его литературной деятельности.
Собрание 214 стихотворений.

Не прельщайте, не маните, Пылкой юности мечты! Удалитесь, улетите От бездомной сироты! Что ж вы, злые, что вы вьетесь Над усталой головой? Что вы с ветром не несетесь В край неведомый, чужой? Были дни — и я любила Сны о радости земной; Но надежда изменила; Радость — сон в судьбе моей. Наяву же — в облегченье Только слезы проливать, И не верить в обольщенье, И покоя не вкушать. Не прельщайте ж, не маните, Светлой радости мечты! Унеситесь, улетите От бездомной сироты! О чем, ровесник молодой, Горюешь и вздыхаешь? О чем серебряной струей Ты слезы проливаешь? О чем бессменная печаль И частые стенанья? Страшна ли жизни темна даль И с юностью прощанье? Или нежданная беда Явилась и сразила? Житейская ль тебя нужда Так рано посетила? Иль сердца тайная любовь Раскрыла в нем желанья И юным пламенем вся кровь Зажглась без упованья? Я вижу думу на челе, Без слов, без выраженья; Но есть во взорах, как в стекле, Востока отраженье — Заметное волненье. Ах, то любовь, любовь!.. Она В твоей душе играет; Она в пиру, на ложе сна Покой твой разрушает. Я отгадал. Дай руку мне! Ты не один, кипя душою, Горишь и гаснешь в тишине: Прошу тебя, будь друг со мною. Если встречусь с тобой Иль увижу тебя, — Что за трепет, за огонь Разольется во груди. Если взглянешь, душа, — Я горю и дрожу, И бесчуствен и нем Пред тобою стою! Если молвишь мне что, Я на речи твои, На приветы твои, Что сказать, не сыщу. А лобзаньям твоим, А восторгам живым На земле, у людей, Выражения нет! Дева-радость души, Это жизнь — мы живем! Не хочу я другой Жизни в жизни моей! Сгустились тучи, ветер веет, Трава пустынная шумит; Как черный полог, ночь висит, И даль пространная чернеет; Лишь там, в дали степи обширной, Как тайный луч звезды призывной, Зажжен случайною рукою, Горит огонь во тьме ночной. Унылый путник запоздалый, Один среди глухих степей, Плетусь к ночлегу; на своей Клячонке тощей и усталой Держу я путь к тому огню; Ему я рад, как счастья дню. И кто так пристально средь ночи Вперял на деву страстны очи, Кто, не смыкая зорких глаз, Кто так стерег условный час, Как я, с походною торбою, Трясясь на кляче чуть живой, Встречал огонь во тьме ночной? То наш очаг горит звездою, То спеет каша степняка Под песнь родную чумака!.. Настала осень; непогоды Несутся в тучах от морей; Угрюмеет лицо природы, Не весел вид нагих полей; Леса оделись синей тьмою, Туман гуляет над землею И омрачает свет очей. Всё умирает, охладело; Пространство дали почернело; Нахмурил брови белый день; Дожди бессменные полились; К людям в соседки поселились Тоска и сон, хандра и лень. Так точно немочь старца скучна; Так точно тоже для меня Всегда водяна и докучна Глупца пустая болтовня. Напрасно думаешь слезами Тоску от сердца ты прогнать: Всевышним богом — не людями Тебе назначено страдать. Конечно, сердцу нестерпимо Расстаться с тем, что так любимо; Что мило — больно потерять: Нельзя не плакать, не вздыхать. Так, верно, верно: ты несчастна; Твоей души супруг прекрасный Так скоро отказался жить. Он жертва смерти, он зарыт. Но что? ужель весну младую Слезам ты хочешь посвятить? Ужели юность золотую В тоске ты хочешь проводить? Ужель утрата роковая Пребудет памятна всегда? Ужель, что было, забывая, Не улыбнешься? милая! слезами Тоски от сердца не прогнать: Всевышним богом, а не нами Тебе положено страдать. Теперь ясней Уж вижу я, Что огнь любви Давно потух В груди твоей. Но что виной, Могу ли знать? Бывало, ты — Совсем не та! А нынче — грех И вымолвить, Как ты со мной Суха, дика И сумрачна! Незваный гость, Долой с двора! Немилый друг, Не знай меня! Ах, рад не рад — Пришлось и мне Сказать с слезой: Прости-прощай, Любезны друг И недруг мой! О всеблагое провиденье, Храни его успокоенье! Еще не знает он, что скука, Что беспредельная любовь, И как тяжка любви резлука, И как хладеет в сердце кровь; Не знает жизненной заботы, Тяжелых снов и страшных бед, И мира гибельных сует, И дней безжизненной дремоты, Коварства света и людей, Надежд, желаний и страстей. Теперь он резвится, играет, Незрелый ум мечтой питает. Во сне испуг его не будит, Нужда до солнца встать не нудит, Печаль у ложа не стоит, — Священным сном невинность спит… Но эти дни как тень проходят, Прекрасный мир с собой уводят… О всеблагое провиденье, Храни его успокоенье!