«Кость на ребре, сэр, – прошептал он так вежливо, словно поступок Джо не вызвал у него ни малейшего неудовольствия.
– Повторите бросок».
Джо машинально погремел костями, отходя от пережитого потрясения. После секундного колебания он решил, что, хотя теперь он догадывается об истинном имени Большого Игрока, он все-таки будет драться за свои деньги.
Где-то на задворках его мозга билась мысль: «Интересно, а что связывает воедино кости этого скелета? Может, они до сих пор сохраняли хрящи? Связаны проволокой или силовыми полями? А может быть, кости – притягивающиеся, друг к другу кальциевые магниты? Последнее, возможно, было связано со смертельно опасным статическим электричеством?»
Кто-то кашлянул в полнейшей тишине, опустившейся на заведение, Алая Женщина истерично вскрикнула. С подноса обнаженной менялы посыпались монеты, с музыкальным звоном покатившиеся по полу.
«Полная тишина! – приказал Большой Игрок и почти неуловимый движением сунул руку под пиджак и быстро извлек ее обратно. Короткоствольный серебряный револьвер мягко блеснул на черном крепе. – Любой человек, от последней ниггерши-шлюхи до вас, м-р Кости, кто издаст хотя бы звук, когда мой уважаемый соперник будет бросать кости, получит пулю в лоб.
Джо учтиво поклонился в ответ, чувствуя, что это получилось у него весьма забавно, и решил, что начать надо с семерки состоящей из шестерки и единицы. Он бросал кости, и Большей Игрок, движением черепа оценивший бросок, проследил за полетом кубиков внимательным взглядом глаз, которых у него не было.
Кости упали, перевернулись и остановились. Невероятно! Джо увидел, что в первый раз за всю свою жизнь допустил ошибку в броске. Или во взгляде Большого Игрока таилась большая сила, чем в его правой руке. Шестерке легла как надо, но единица перевернулась лишний раз, и этот кубик показывал еще одну шестерку.
– Конец игры, – возвестил м-р Кости гулким погребальным голосом.
Большой Игрок поднял сухую коричневую руку.
– Нет необходимости, – прошептал он. Его черные глазницы уперлись в Джо подобно жерлам орудий. Джо Слеттермил, у вас есть нечто еще, что можно поставить на кон, если пожелаете. Ваша жизнь.
При этих словах толпа взорвалась, наполнив Заведение насмешками, истерическим смехом, диким хохотом и визгливыми выкриками. М-р Кости, выражая общее настроение проревел, перекрывая гул толпы:
– Какую пользу или ценность может иметь теперь жизнь такого ничтожества, как Джо Слеттермил? Максимум два цента в обычных деньгах!
Большой Игрок накрыл ладонью блестящий револьвер, и весь смех как отрезало.
– Я в ней вижу пользу, – прошептал он, – Джо Слеттермил, я со своей стороны рискну всем своим выигрышем за этот вечер, а также ставлю мир и все, что в нем есть, в придачу. Вам бросать, вы довольны?
Джо Слеттермил был готов пойти на попятную, и тут до него дошла вся драматичность сложившейся ситуации. Он обдумал ее и осознал, что не собирается отказываться от роли центральной фигуры в этом спектакле ради того, чтобы вернуться с рухнувшими надеждами в свой разваливающийся дом к Жене, Матери и ипохондричному мистеру Пузику. «Может быть, – отважно сказал он себе, – во взгляде Большого Игрока нет никакой силы, может, я просто допустил первую и единственную ошибку во время броска». Кроме того, он склонялся к тому, что м-р Кости оценил его жизнь точнее, чем Большой Игрок.
– Ставлю, – сказал он.
– Лотти, дай ему кости!
Джо изо всех сил напряг свой мозг, сила победно взревела в его правой руке, и он сделал свой бросок.
Кости не упали на стол. Они метнулись вниз, потом вверх по какой-то дикой кривой, взлетели над краем стола, и потом, подобно сверкавшим красным метеорам, ударившись о лицо Большого Игрока, где они неожиданно замерли в черных глазницах. Каждая сверкала рубиновым блеском единицы.
Глаза змеи.
Красные глаза, с усмешкой уставились на него, и он услышал шепот:
– Джо Слеттермил, кости вылетели за пределы стола.
С помощью большого и среднего пальцев (или костей) обеих рук Большой Игрок извлек кости из глазниц и бросил их в протянутую ладонь Лотти.
– Да, Джо Слеттермил, кости вылетели за пределы стола, – повторил он спокойно. – А теперь вы можете застрелиться. – Он дотронулся до серебристого револьвера. – Или перерезать себе горло. – Он достал из-за пазухи и положил рядом с револьвером кривой кинжал с золоченой ручкой. – Или отравиться. – К оружию добавилась черная бутылочка с белым черепом и скрещенными костями. – Или мисс Флосси зацелует вас до смерти. – Он подтолкнул вперед самую красивую и злобную девушку. Она выпрямилась, одернула свою коротенькую юбочку и бросила на Джо провокационный голодный взгляд, приподняв карминовую верхнюю губу и показывая длинные белые клыки.
– Или еще, – добавил Большой Игрок, кивнул в сторону затянутого крапом стола, – вы можете совершить Большой Прыжок.
– Я выбираю Большой Прыжок, – со злостью произнес Джо.
Он поставил правую ногу на свой теперь пустой стол для фишек, левую на черный край, наклонился вперед и неожиданно оттолкнувшись от края, в тигрином прыжке бросился через стол и вцепился в горло Большому Игроку, утешая себя мыслью, что, судя по опыту поэта, мучиться ему придется недолго.
Когда он пролетал над центром стола, в мозгу его отпечаталась моментальная фотография того, что в действительности было внизу, но он не успел осознать увиденное, потому что в следующее мгновение врезался в Большого Игрока.