Нам было больно, кровь текла между наших губ. Тела рвало от боли, когда мы касались друг друга… но мы всё больше и больше сливались вместе, всё больше соприкасались, становясь одним… наши тела рвало в агонии, меня пронзила боль, когда он вошёл в меня… но вместе с болью было и наслаждение, отчаянное, страстное, желанное….
Это был огонь, вечный огонь, в котором мы горели… это был огонь Мечты… дарующий боль, которую не испытывал никто из обычных людей….
Дарующий счастье, которое никто из них не испытывал….
«Теперь мы в одной лодке»….
И так будет до конца….
====== Глава 52 ======
Чтобы заставить людей слушаться, подчиняться прописанным правилам, подчиняться Системе… их всё время пугают адом. За малейший шаг, за малейшую оплошность им грозят страшными карами… и болью. Ужасной, ядовитой болью.
Если ты совершишь проступок, тебе обязательно грозит наказание, жуткое, болезненное… чтобы заставить рабов быть послушными, их избивают плетьми.
Но ужаснее всего, когда плети невидимы… но как же болезненны их удары, наносимые по душе….
Ещё там, на так называемой воле, когда у меня появилась Мечта, вместе с ней возникла и ужасная, сжигающая всё боль. Эта боль и была той самой болью от незримых плетей Системы. Это она так наказывала меня, заставляя сходить с ума от мучений, чтобы вынудить быть покорной… в Системе отлично отлажен этот механизм. Бунтовщиков всегда ждут удары плети… бунтовщиков всегда ждёт ад….
И чем сильнее ты будешь вырываться, тем более жуткий ад тебе предстоит вынести… и я прошла через него. Я знала, что такое ад…
Ад здесь, в этой тюрьме.
Ничего, кроме боли… ничего, кроме вечных кошмарных пыток… но боль – это ещё не самое ужасное, что может быть в этом мире….
Ужаснее всего отчаяние, которое порождает эта боль.
Потому что когда тебя всё время мучают, пропадает воля к жизни. Тебе уже не хочется жить, ты уже не видишь в этом смысла… ты мечтаешь лишь о смерти, хочешь ничего не чувствовать… когда ты испытываешь боль ежеминутно, ежесекундно… ты не веришь, что это может когда-нибудь прекратится….
Ты думаешь лишь о том, что этот круг, бесконечный круг страданий будет вечным… что ты проиграла, что у тебя ничего не получилось… что всё бесполезно, всё бессмысленно… всё….
Твоё тело рвёт от боли, а душа находится в пропасти отчаяния. И ты ломаешься… ты сдаёшься….
Слёзы текут по щекам, а из груди рвутся отчаянные рыдания….
Я помню отлично, как сжавшись в комочек, сходя с ума от боли, рвущей меня на части, я лежала на лежанке заключённых и плакала, плакала, не в силах прекратить… отчаяние было так велико… я уже ни во что не верила….
Я не верила, что что-то хорошее когда-нибудь будет у меня в жизни….
– Что случилось? – спокойный и ровный голос Айона прервал мои рыдания.
Мой взгляд пытается найти демона сквозь темноту камеры. Если и есть надежда среди этого кошмара, этой тьмы… то она в нём. В Грешнике Айоне….
Только он ещё спасает меня в моём отчаянии….
Он – единственное, что у меня осталось….
Ведь ради него… ради Мечты… я принесла в жертву всё….
Так помоги же мне, Айон… помоги это выдержать….
– Я… я больше не могу… – шепчу я сквозь слёзы. – Я больше не могу, Айон….
– Почему же? – спрашивает Грешник всё также спокойно. Его воля, его выдержка… как же он может так?
Ведь до сих пор нет надежды, что мы когда-нибудь выберемся отсюда….
– Ведь я пыталась вырваться на свободу… – шепчу я едва слышно. Но здесь, в этой камере, мы слишком хорошо слышим друг друга. – А оказалась в ещё более жуткой клетке… я должна была понять, что в жизни не может быть ничего хорошего….
Айон усмехается, как и всегда. Все попытки сдаться вызывают у него лишь презрение, насмешку….
И так ты начинаешь во что-то верить….
– Ты утверждаешь это лишь потому, что оступилась и упала? – спрашивает Грешник. – Камней на пути будет не мало. А ты только с одного уже сдалась.
Я ещё больше сжимаюсь в комочек. Передо мной лишь тьма… я чувствую только боль….
– Не только с одного… – шепчу я хриплым голосом. – Мне кажется, что всякий раз, когда я пыталась хоть что-то сделать… хоть что-то изменить… Система лишь крепче хватала меня, делая мою жизнь всё невыносимее….