Работницы шумно переодевались, весело переговаривались, что-то обсуждая, используя временами такие крепкие словечки, которые до сих пор Таня читала лишь на заборах. Рядом с Таней переодевалась какая-то рыжая девица. Она, нисколько не смущаясь, обнажилась полностью и, покачивая жирными ягодицами, поплелась в душевую. Туда же хлынуло еще два десятка голых женщин разных возрастов, оттуда полз пар, слышался плеск воды, сильно пахло потом, грязью и ржавчиной. Таня смутилась и, повесив замок, поспешила уйти.
Дома расплакалась, ибо ей казалось, что в этом мире она никогда не сможет жить и работать, зарабатывая себе стаж для поступления. Но постепенно привыкла. Конечно романтические иллюзии, представления плакатных рабочих в светлых комбинезонах, растаяли как дым, но мир оказался не так уж страшен, все в нем было размерено и запланировано. Познакомилась Таня и с рабочими. В основном, это были веселые и дружелюбные люди, только трудная жизнь и работа огрубили их души. Даже соседка по раздевалке оказалась приятной девицей.
Работа на заводе расширила круг ее представлений о мире, укрепив ее волю и закалив чувства.
С работы Таня приходила смертельно уставшая, без задних ног валилась на кровать, не хотелось даже читать. Думала о том, что она будет делать, если не поступит и на будущий год. Неужели - завод, цех, дым и пыль – это на всю жизнь?
Ее успокаивала мама, уверяя, что все проходят в жизни через трудности, они неизбежны, и их нужно мужественно преодолевать.
Перед сном Таня все же открывала книгу и окуналась в заманчиво прекрасный мир, казавшийся таким близким – только протяни руку!
В воскресенье садилась за учебники, работала упорно по несколько часов, преодолевая скуку и лень, неизбежные при неоднократном повторении одного и того же.
Вечерами выходила на прогулку. В парке, стоя у реки, она наблюдала, как по темно-синей воде пробегает рябь, и плывут островками желтые листья. Гуляли мамы с детьми и собачками, мирно беседовали на скамейках пенсионеры, обнимались влюбленные. …
***
Была ранняя осень, и темнота подкрадывалась быстро. Ветер приносил в город еще теплые запахи с окраинных полей, они смешивались с запахами реки, увядающих цветов. К Тане несколько раз приходила Роза, но вместе на прогулку они выходили редко. Роза поступила, у нее появились новые друзья, и Таня держалась в стороне.
Как-то прогуливаясь вечером, Таня невольно очутилась возле здания университета. Огромный корпус был уже полупустым, редкие студенты выходили из стеклянных дверей. В небольшом скверике у здания на клумбах лежали горки листвы, золотом и багрянцем поблескивающие на вечернем солнце. Было свежо, по-осеннему пронзительно остро пахло листьями и ветками. Группки студентов носились друг за другом в облаках листвы, и, казалось, больше развлекаясь, чем занимаясь уборкой. Одни что-то гребли, другие корзинами носили листья, весело перекликаясь. Таня постаралась быстрее пройти мимо, как из облака листвы вынырнул юноша, стройный, в тесно облагающем тело свитере и воскликнул:
– Здравствуйте! Вы узнаете меня?
Таня сразу узнала парня, который сразу после армии поступал на исторический факультет.
– Здравствуйте!
– Ну вот, значит помните меня. И я вас помню. Вы – Таня.
– А вы Валерий. Значит, вы поступили?
– Так точно.
– Я вас поздравляю. – Таня чувствовала себя несколько обескураженной и растерянной, но улыбалась, быстро обдумывая, как вести себя в данной ситуации.
– Да, мне удалось. А вам нет? Только не печальтесь, вы не так уж много потеряли.
– В самом деле?
– Да, я вот и разочароваться успел…
Таня, слегка удивившись, сделала полшага, намереваясь продолжать путь, и это заметил Валерий.
– Вы торопитесь? Я вас проведу. Устраивает?
– Пожалуйста, - Таня робко улыбнулась.
Валерий вернулся к группе и что-то сказал товарищам. Таня ощутила на себе заинтересованные взгляды.
Пошли вместе по еще не убранной аллее, вороша листву каштанов. Валерий подбирал гладенькие коричневые плоды, давал их Тане и рассказывал:
– Я чувствую, что университет пока мне ничего не дает. На лекциях скучно. То, о чем там читают мне давно известно, а историю КПСС я вообще терпеть не могу! Полный маразм!
– Значит, напрасно поступали на исторический?
– Ну, не знаю. Может быть, появится что-нибудь интересное, это ведь только начало. Но я лично не предвижу ничего. Преподы скучные, читают все серо, тускло. … Займусь самообразованием, буду читать то, что интересно, что наталкивает на какие-то размышления, развивает…. А как это вам не повезло?