Бармен удалился. Август Николаевич налил себе кофе, достал из кармана крохотный цилиндрик и отправил в чашку пару таблеток заменителя сахара. Протянул цилиндрик Фризе, но тот демонстративно положил в чашку кусок сахара, налил сливок и взялся за пирожное. Оно и вправду оказалось очень вкусным.
Чашка кофе придала Августу Николаевичу смелости, и он наконец решился:
– Второй раз в этом месяце мне приносят домой деньги. Сначала был конверт с десятью тысячами долларов. Во втором оказалось уже пятьдесят. Тысяч, естественно.
Фризе молчал.
– Отправитель неизвестен. Курьер – тоже. Когда это произошло впервые, позвонил из подъезда парень. Голос почти детский. Сказал: вам срочный пакет. Экспресс-доставка. Спуститесь вниз.
– И вы спустились?
– Спустился. Курьера уже не было, а конверт с баксами лежал в моем почтовом ящике. Я решил подождать несколько дней. Думал, объявится отправитель. Никто не позвонил, не пришел. Провокация? – В голосе Седикова сквозила тревога. – А что оставалось думать?
– Старый должник вспомнил о своих обязательствах.
– Я не даю в долг. И не одалживаюсь. Берешь чужие, отдаешь свои. Можно растерять не только знакомых, но и друзей.
– Как же вы поступили? – Фризе стало чисто по-человечески интересно, что предпринял этот респектабельный, старательно прячущий беспокойство бизнесмен.
– Я решил набраться терпения и ждать. Хозяин таких денег рано или поздно объявится. Позвонит или нагрянет в гости. Или обратится в эту «Экспресс…» как ее там!
– В «Экспресс-доставку»? – уточнил Владимир. – Появилась недавно такая форма услуги.
– Ну да, ну да. Знаю! Конверт я не прятал, держал на письменном столе. Но вскоре принесли еще пакет. Потолще.
– И тем же способом?
– Да. Опять позвонили снизу. Теперь уже девушка. Голос был молодой.
– А пакет, как и в первый раз, положили в почтовый ящик?
– Да.
– Окна вашей квартиры…
– Выходят на улицу. Я тут же проверил: из подъезда никто не вышел. Ни мужчина, ни женщина, – уточнил он. – Никто не выходил за те пять минут, что я торчал у окна.
– Машины у подъезда не было?
– Да полно! Там все забито тачками. И днем, и ночью. Я выждал, а потом помчался вниз. Охотников пошарить в чужих почтовых ящиках – пруд пруди.
– Вы были уверены, что принесли баксы?
Седиков насупился. Молча налил из кофейника очередную порцию кофе. Теперь уже не сыпал в него таблетки, не налил сливок. Сделал несколько маленьких глотков, поставил чашку и только тогда ответил:
– У меня было предчувствие. Девушка сказала: «К вам курьер „Экспресс-доставки“. Спуститесь за пакетом». Как в первый раз.
– Пакет должен был быть толстым. Вы сохранили конверт?
– Возьметесь?
– Я дорого стою.
– Увидев ваш прикид, я сказал себе: услуги этого сыщика влетят мне в копеечку. Штаны и рубашка от Армани… – Август Николаевич взмахнул ладонью. Получилось это у него как-то бесшабашно. – Расплачусь с вами «залетными» баксами. Десяти тысяч хватит?
– Фальшивых или меченых?
– Они настоящие. Я взял сотенную и между делом сгонял в Тверскую область. Обменял. Всё тип-топ.
– Рискованно.
– Чего теперь жалеть? Дело сделано. Беретесь?
– Вы не ответили на мой вопрос.
– Отвечу, если стану вашим клиентом. Вы, наверное, заключаете с клиентом договор?
– Да.
– Я бы не хотел указывать полную сумму гонорара.
– Как скажете. – Заявление Седикова избавляло Фризе от необходимости делать такое же предложение. Еще несколько лет назад Владимир решил, что начнет выполнять свои обязанности перед государством – платить налоги полностью – только после того, как государство выполнит перед ним свои. Вернет похищенный в девяносто втором году вклад в сберкассу. А вклад был немалым.
Некоторое время они молчали. Август Николаевич внимательно, хозяйским взглядом изучал меню, а Фризе не удержался и взял из вазочки еще одно пирожное.
– Ну так вот… – Седиков отложил в сторону меню. – Отвечаю на вопрос – конверты я сохранил. Близнецы. Сами убедитесь. Последние баксы я даже не пересчитывал. – Поняв, что сморозил глупость, Август Николаевич нахмурился. – Ну… я хотел сказать, что они находятся в том же конверте. Так что сами оцените, большой пакет или маленький. Кстати, в первый момент конверт сильно попахивал…