Всё-таки КПВТ это та ещё пушка…
У этой вычурной ограды — словно плетённой пауком из белого металла, я и тормознул подлетевшую блоху. Не став пытаться прорваться дальше — слишком велик шанс намотать эту декоративную ересь, зачастую такую тонкую, что походит на проволоку, на колёса. Не хватало ещё чтобы бронемашина встала тут колом, в такой ситуации…
— Пит, на тебе контроль!, — бросил я Форсайту, выскакивая наружу с "Кортом" в руках. И метнулся, перемахнув через забор, к нашему беглецу — добежавшему почти до дороги.
Только контроль не понадобился. Все эти сбивающие с толку подёргивания тела, издали выглядящие как попытки приподняться на руках и поползти дальше, не являются по факту осознанными действиями. Просто работает встроенная медицинская система его продвинутого комбеза — несомненно военного и нафаршированного по полной программе. Она-то и пытается вернуть в строй получившего ранение бойца невзирая на то, что люди не живут с такими повреждениями… Впрочем, даже так агония не затянулась. Как раз к моему подходу и затих чел.
— Ну что там?!, — донёсся до меня приглушённый возглас Форсайта.
— Всё, отбегался!, — оповестил я его, легонько толкнув мыском ботинка валяющееся передо мной тело.
В чём-то я оказался прав, а в чём-то нет. В том смысле, что это было ещё не всё. Я ж чётко слышал шум несущейся по дороге машины, но почему-то был уверен, что это опомнившиеся безопасники несутся к нам на подмогу! А на перекресток в полусотне метров от меня выскочила незнакомая грузопассажирская блоха! В салоне которой, у поднятой боковой двери, стояла какая-то высокая баба в защитном комбезе со внешним обвесом и с длинным стволом в руках!
Машина сбросила скорость. И эта припожаловавшая к нам гостья, не дожидаясь полной остановки транспорта, соскочила на дорожное полотно. Увидела меня… И труп у моих ног…
— А-а-а!… Твари!…, — с какой-то животной яростью завопила она. И вскинув штурмовую винтовку, бросилась ко мне, не прицельно садя длинными очередями на ходу…
— Пруф-ф!, — мягко прошелестел в ответ мой Корт. А психованная эта, как бежала, так и упала… Словив пару пуль в незащищённую ничем голову… Ноги у неё подломились, и, резко запрокинувшись назад, она упала на спину.
Я, чисто на инстинктах упавший на левое колено, медленно опустил ствол. И тут же вскинул его, когда привёзшая эту сбрендившую бабу блоха, глухо рыкнув движком, копанула с места. И… И снова опустил "Корт", сознавая полную бесполезность стрельбы из него по такой цели. По ней бы из КПВТ влепить! Да тугодум-Пит без моей команды не догадался засадить по транспорту незваной гостьи! А потом поздно стало — убралась машина с открытого перекрёстка.
Правда далеко эта блоха не ушла. Ибо к месту событий подоспела первая команда безопасников! Их бронемашина, бешено несущаяся прямо через участки, вылетела, разметав футуристического вида стеклянную ограду, на дорогу и врезалась не успевшей даже набрать скорость беглянке в бок! Отчего последнюю за малым не перевернуло.
Но этим всё, понятно, не закончилось. Водила наших защитников, едва очухавшись после столкновения, тут же резко сдал назад. И протараненная машина грохнулась на колёса. А мгновением спустя ей, в водительскую дверь, вонзился самый настоящий трезубый гарпун, вылетевший из морды бронемашины безопасников! А сами они как горох посыпались наружу! Метнувшись сразу же к схваченной блохе.
С пронзительным свистом заработала лебёдка, стремительно сматывая прикреплённый к гарпуну тонкий стальной трос. Протараненную машину тряхнуло, дёрнуло за собой, когда он натянулся. И дверь, сорванная со стопоров, распахнулась!
В салон тут же полетела брошенная самым расторопным из безопасников светошумовая граната. Ну и один из них, после того как сработал закинутый гостинец, следом туда заскочил… Так-то, по идее, можно и встрять с такими заходами, ибо если враг в герметизированном комбезе, то такая хлопушка никак его не ослепит и не оглушит, но в этот раз прокатило. Водила блохи хоть и имел нормальную экипировку, не использовал её как надо. Через что и пострадал… А не надо быть таким безалаберным!
Чела этого, долговязого, безопасники вытащили пребывающим в полной прострации. А там к нему подскочила Тара Сомви, и, ухватив за патлы, быстро воткнула ему в шею одноразовый инъектор. Видимо со снотворным, судя по тому как пленник сразу обвис в удерживающих его руках, прекратив вялые трепыхания. Но одним лишь этим злые безопасники не удовольствовались! Ещё в темпе содрали с бедолаги защитный комбез, оставив его в одном только нательном белье, да стянули руки-ноги пластиковыми стяжками! Чтоб уж точно никуда не делся!
А больше в той блохе никого не оказалось, судя по всему. Иначе с чего бы безопасники, потеряв к ней всякий интерес, взялись грузить к себе захваченного чела?
От наблюдения за слаженными действиями подразделения Сомви меня отвлёк Ник Харт. Эти ж тоже примчались… По нашим следам! И отстав на добрый десяток секунд, которые могли оказаться критичными!
— Фокс?…, — обратился ко мне Харт, перемахнувший парой мгновений назад с тройкой парней через забор.
— Да всё уже, — проинформировал я его. — Одни — готовы, а другого — взяли ваши.