Последовала секундная тишина.

– В смысле осталась без комнаты? Я же внесла аванс, а еще гарантийный и залоговый депозит – все, как просил хозяин. Господи, у меня даже чеки сохранились! Он сдал твою комнату кому-то еще? – В мамином голосе все сильнее проступала паника, и легче от этого не становилось.

– Я приехала по правильному адресу. Таксист сказал, что это точно здесь. Но вместо жилого дома тут стоит ресторан с буррито.

– Буррито! Матерь божья!

– Вот и я о том. Буррито не могут не настораживать. – Джули огляделась по сторонам, совершенно не понимая, как ей теперь быть. – Мам, что мне делать? – Конечно, ей совершенно не хотелось истерить перед мамой – по крайней мере, сильнее необходимого, – но унять дрожь в голосе не получалось. Она сидела на горе сумок – одна в чужом городе, где никого не знала.

В том, что она застряла на оживленной улице, был хотя бы один плюс: ее положение никому не казалось странным. Люди толпами проходили мимо, даже не взглянув на нее. Стояла первая неделя сентября, и она находилась в городе, который славился своими колледжами. На дороге то и дело можно было заметить грузовики арендной компании «Ю-Хол», петлявшие среди легковых автомобилей, – это студенты ехали со своим имуществом в настоящие, «нересторанные» квартиры. Джули быстрым движением вытерла глаза и опустила на нос солнечные очки. Она отдала бы что угодно, лишь бы сидеть сейчас в одном из этих грузовиков, втиснувшись в кабину с компанией друзей.

– Мне негде жить. И ты столько денег потратила… Эта квартира должна была выйти дешевле общежития. И тут не должно было пахнуть буррито! – Она в первый раз надолго уехала из дома, попалась на крючок аферистов и осталась без крыши над головой. Все это начало сказываться на ее нервах.

– Джули, не переживай из-за денег. Это не твоя вина. Я тоже не увидела в том объявлении никакого подвоха. Подожди пару минут, я позвоню в колледж и спрошу, не могут ли они тебе помочь. Посиди там немного, ладно? Ты в порядке?

Джули шмыгнула носом.

– Все хорошо.

– Никуда не уходи. Я сейчас перезвоню, и мы со всем разберемся.

Джули надела наушники и следующие мучительные двадцать минут занималась тем, что слушала мрачную музыку, отковыривала с ногтей темно-фиолетовый лак, который нанесла накануне, и обновляла статус на Фейсбуке.

От тротуара шел жар; пока что этому городу, больше напоминавшему баню, не удавалось завоевать расположение Джули. Она решила, что пришла пора немного пожалеть себя. Она ведь просто хотела учиться в колледже и получать от этого удовольствие, не беспокоясь, что друзья посмеются над ее любовью к знаниям. У нее не было цели попасть в самый дорогой университет в стране или в какой-нибудь пафосный, престижный колледж. Она лишь хотела избавиться от ощущения, что ей нужно притворяться кем-то другим. Было бы здорово наконец признать, что она обожает литературу, чувствует умиротворение, удобно устроившись на диване с учебником, и больше всего на свете мечтает с головой окунуться в оживленную дискуссию на каком-нибудь занятии. Но только ей хотелось делать первые шаги на пути к высшему образованию, имея крышу над головой.

Разумеется, дирекция колледжа Уитни не допустит, чтобы переселенка из Южного Огайо (которая нервничала с каждой минутой все сильнее) жила на улицах Бостона? Понятное дело, она могла переночевать в гостинице, но было бы гораздо лучше найти более долговременное решение. Наверняка у кого-то из студентов в последнюю минуту изменились планы и в общежитии освободилось место? Не исключено. С другой стороны, в ресторанчик с буррито требовались работники – возможно, это был знак, что ей пора освежить свои знания испанского, а также развить в себе интерес к латиноамериканской кухне…

Стоило телефону зазвонить, Джули тут же нажала на «ответить».

– Ну что, мам?

– В этом дурацком колледже нам ничем не могут помочь. Судя по всему, во всех университетах в радиусе пятидесяти километров проблемы с жильем, и некоторым студентам Уитни даже пришлось заселяться в гостиницы. Но у меня появилась другая идея. Помнишь Эрин Уоткинс?

– Это та девушка, с которой ты жила, когда училась в колледже? Которая еще потом стала крутым адвокатом? Я не знала, что вы до сих пор дружите.

– Мы не то чтобы дружим. Я не общалась с ней несколько лет, но сейчас вспомнила: в журнале выпускников было написано, что она живет в Кембридже. А еще там говорилось, что она сейчас преподает в Гарварде. Я позвонила туда, и мне повезло – она как раз была в своем кабинете.

– Господи, это ужасно неловко! А что она сказала? Кто-нибудь из ее знакомых сдает квартиру? – спросила Джули с надеждой.

– Увы, нет. Но она настояла, чтобы ты пожила у нее, пока не найдешь подходящий вариант. Ее сын Мэттью уже едет за тобой. Я дала ей адрес. Она говорит, это не самая благополучная часть города и еще хорошо, что сейчас только четыре часа дня и пока не стемнело. Ее сын подъедет с минуты на минуту – у него синий «Вольво».