Впрочем, области, редко контактировавшие с чужаками, были вовсе не на одно лицо. Западноафриканский город Дженне-Джено заставил ученых пересмотреть бытовавшее ранее убеждение, будто города строили только оседлые аграрные общества. Обитатели этого поселения были скотоводами, кочевали со своими стадами большую часть года, но сезон дождей проводили в Дженне-Джено, и тогда население города достигало 20 000 человек. В ходе раскопок обнаружены колоссальные залежи битой глиняной посуды (глубина слоя – 26 футов, или 8 м), которые датируются 300 годом до нашей эры; то есть поселение было по-настоящему крупным. Любопытно, что единственные записи о Дженне-Джено оставили чужаки, начавшие посещать город около 1000 года.

Аналогичные крупные поселения, безусловно, существовали и в менее изученных уголках, но о них нам известно лишь по археологическим раскопкам. Нередко, особенно в Америках и Африке к югу от Сахары, приходится полагаться исключительно на археологию.

Евразийские авторы на рубеже 1000 года жили в мире, который сильно отличался от привычного нам, тщательно и детально исследованного и картированного. Они интересовались отдаленными местами и записывали всяческие слухи о территориях на краю известного мира. Классические авторы, писавшие на китайском, греческом и латыни, все описывали человекоподобных существ, якобы населяющих дальние края. Многие более поздние авторы упоминали загадочных безголовых существ, людей без рук и ног и прочие странности. Первые путешественники на рубеже 1000 года обладали минимальными знаниями о своих соседях, зато, судя по всему, были наделены несокрушимым бесстрашием.

Арабские источники содержат наиболее подробные сведения о местных жителях, товарах для торговли, маршрутах и обычаях многих ранних обществ Афро-Евразии. Персидский чиновник почтово-разведывательной службы в империи Аббасидов по имени Ибн Хордадбех [10] (820–911) составил первый географический справочник по странам, лежащим вдоль различных торговых путей, и перечислил товары, этими странами производимые. Свое сочинение он вполне уместно назвал «Книга путей и стран». Последующие географы, писавшие на арабском и персидском языках, использовали то же название для собственных наблюдений относительно чужих стран, и эти наблюдения чрезвычайно важны для понимания мироустройства 1000 года. У китайцев тоже издавна существовала традиция описывать отдаленные места, и в их сочинениях найдется немало полезной информации.

Для того, чтобы судить о достоверности этих описаний, лучше и надежнее всего сравнивать между собой все доступные источники и на основании этого сравнения решать, правдивы ли они и насколько.

Такой подход позволяет, кстати, оценить правдоподобность ряда утверждений, из которых следует, что какие-то ранние путешественники добрались из Старого Света до Америки раньше Колумба. Некоторые свидетельства на сей счет явно заслуживают доверия, а потому признаны большинством ученых; другие же, совершенно необоснованные, ожидаемо встречаются скептически. Например, викинги в самом деле плавали к Ньюфаундленду, тогда как теория, что китайцы опередили Колумба в открытии Америки, представляет собой умозрительную спекуляцию.

Но эта идея китайского приоритета для ряда ученых выглядит одновременно привлекательной и интригующей. А что, если и вправду так было? Ведь доказано, что флот китайского адмирала Чжэн Хэ посещал Юго-Восточную Азию, ходил в Индию, к Аравийскому полуострову и побережью Восточной Африки в 1400-х годах.

Тем не менее нет свидетельств того, что флот адмирала Чжэн Хэ огибал мыс Доброй Надежды, достигал берегов Америки и Австралии или побывал на Северном и Южном полюсах – вопреки предположениям Гэвина Мензиса [11] в его книге «1421 год». Эта книга стала подлинным бестселлером, обойдя по тиражности все остальные книги по истории Китая, но ни один серьезный китаист не согласится с теориями Мензиса. Более того, эта книга грешит таким количеством ошибок и натяжек, что один выдающийся австралийский специалист по истории династии Мин подал в суд на издателей, которые рекламировали работу Мензиса как научно-популярную.

Путешественники-мусульмане тоже якобы открыли Америку раньше Колумба, о чем заявил президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган в речи 2014 года. Доказательства? Пожалуйста – Христофор Колумб упомянул в дневнике, что побывал в мечети на Кубе. На самом деле Колумб в дневнике записал: «И на одной из гор, на вершине, имеется холмик, похожий на красивую мечеть» [12] . То есть Колумб характеризовал холм, а не посещал мечеть.

Один профессиональный историк выдвинул столь же вопиющую гипотезу по поводу аль-Бируни, блестящего ученого из Средней Азии, родившегося в 973 году и умершего после 1040 года. Аль-Бируни прославился исследованиями в области календаря, астрономии, географии, а также описанием Индии. Утверждая, что «Бируни открыл Америку», Фредерик Старр обосновывает: мол, аль-Бируни догадывался о наличии континента на противоположной стороне земного шара от Афро-Евразии. Мягко говоря, это неверно.

Аль-Бируни не знал о существовании Америки. Он просто-напросто признавал, что земля круглая – это знание арабские ученые переняли от древних греков. Аль-Бируни сознавал, что люди населяют лишь небольшую часть земной поверхности. На Северном полюсе слишком холодно для жизни, а к югу от экватора слишком жарко. Поэтому он подозревал, что на противоположной стороне земного шара, совершенно неизвестной обитателям Афро-Евразии, в основном простирается океан, но, будучи честен перед собой и перед наукой, не исключал возможности наличия там какой-то суши. Отсюда отнюдь не вытекает, что аль-Бируни открыл некий новый материк, уж тем более Америку.

Если не принимать в расчет аль-Бируни и других ведущих ученых исламского мира, лишь немногие люди на рубеже 1000 года мыслили в масштабах земного шара как такового. Самая подробная карта мира, где изображалась большая часть Афро-Евразии, но где отсутствовала Америка, была составлена в 1154 году аль-Идриси, картографом с итальянской Сицилии, которая в ту пору являлась одним из мусульманских «окон» в Европу. Трудясь при дворе короля Рожера II, аль-Идриси, уроженец марокканской Сеуты, нанес свою карту на серебряный диск диаметром более двух ярдов (2 м) и сопроводил ее обширным списком координат (широты и долготы) всех обозначенных мест. Неудивительно, что исходная карта была уничтожена (вероятно, ее расплавили, ведь серебро высоко ценилось), однако список местностей с краткими описаниями и координатами уцелел, и позднейшие картографы охотно пользовались плодами изысканий аль-Идриси.