Артем добавляет:

– Стриг, брил.

Данька нос морщит:

– Ничего смешного. Я даже копыта чистить научился. Да-да. Это еще сложнее, чем кататься. Там в копытах чего только не отыщешь – грязь, камешки. Я один раз нашел старинную монету.

Я говорю:

– Так это у тебя, Данька, не лошадь Пржевальского, а целое Серебряное копытце было во владении. Можно было озолотиться или осеребриться. Разбогатеть, короче.

Данька хихикает. Начинает про дедову мини конюшню рассказывать.

Марина Васильевна говорит:

– Чудеса да и только, Данил. Ведь лошадь Пржевальского – дикое животное. На нем с опаской едет и опытный скакун. Как у тебя смелости и опыта хватило?

Артем вздыхает:

– Так и знал, что Данька нам с этой кобылой лапшу на уши навешивает.

Данька хмурится, сопит:

– Ничего я не навешиваю. Дед у меня не просто какой-то обыкновенный дед. Он по лошадям спец. Берейтором по профессии раньше работал.

Брейтор – это такой человек, который дрессирует лошадь. Учит ее слушать ездока, отрабатывает всякие упражнения в седле, команды понимать. Даже самые строптивые лошадки после моего деда становились покладистыми. А Геркулес – это так лошадь Пржевальского зовут, и подавно. Это он раньше непоседой был, а сейчас уже такой же пенсионер, как мой дедуля, только лошадиный. Его с конюшни списали и дед его к себе забрал. Они теперь не просто друзья, родные души. Вот и меня Геркулес, наверное, внуком своим считать стал. Ни разу не взбрыкнул. Да я и сам так полюбил его, что теперь хочу на конюшне работать. Может и выйдет, когда подросту. Пока меня брать туда отказались, сказали, что детский труд у нас в стране запрещен. Теперь жду, когда паспорт получу.

Я говорю:

– Круто, Данька. Молодец ты. Получается, что у вас там конь с именем и фамилией – Геркулес Пржевальский. Звучит. Я вот теперь тоже хочу хоть одним глазком на эту мини конюшню домашнюю глянуть.

Данька довольно улыбается:

– Будешь себя хорошо вести, возьму с собой. Артема не возьму, он Фома неверующий.

Темка руки как для молитвы складывает лодочками, к подбородку приближает, глаза жалобными делает, пищит:

– О, великий конюх Данька, прости меня, Фому неверующего. Я больше не буду. Ради Геркулеса Пржевальского сжалься.

Класс смеется, Марина Васильевна улыбается. Данька пытается быть суровым, но то и дело улыбка прорывается, рукой машет в сторону Артема:

– Да ну тебя.

Темка перестает дурачится. Серьезно говорит:

– Данька, ну не обижайся. Ведь правда, фантастическое у тебя лето, с таким Тобиком, с такой лошадью, с таким дедом.

Марина Васильевна тоже добавляет:

– Согласна с ребятами, Данил. Удивительное у тебя лето вышло. Можно сказать, удалось на славу – природа, ягоды, дрессировки четырехлапого товарища, катание на лошади. Настоящая, насыщенная жизнь. О таком отдыхе и сочинение прекрасное выйти может. Подумай. Наверняка, с лошадью у вас разные приключения происходили. Спасибо, что поделился воспоминаниями с классом. Теперь об отдыхе остальных узнаем.

Данька довольный. Уже как ни в чем не бывало с Темкой болтает о Геркулесе. Рассказывает, как на коня правильно садиться надо, как в седле держаться.

Каждый из одноклассников после Данькиного рассказа руку тянет, о своих событиях каникул желает рассказать.

Марина Васильевна замечает, что один Вовка Ильин в окно глядит и зевает. Интересуется у него:

– А ты о чьем отдыхе задумался, Владимир?

Он зевать перестает, говорит с важным видом:

– Об отдыхе семейства усатых думаю. Куда их всех унесло?

Сегодня по дороге в школу ни одной уличной кошки не видел. А по весне они тут и там крутились, мурлыкали, за моими бутербродами с колбасой регулярно охотились.

Может, они с приходом осени тоже, как птицы, в теплые края, на зимовку улетают?

Еще думаю, может быть, где-то в этих самых краях растут колбасные и сосисочные деревья. Ну, специально для кошек, чтоб им не голодать, если все мыши в норы попрятались. Тогда кошки на такие деревья прыг и живут прямо там, горя не знают. В каком-нибудь затерянном лесу на юге.

Марина Васильевна замирает, а мы нет. Смех, да и только. Хотя я тоже на минуту задумываюсь. От дерева с котлетами и пирожками, я бы не отказался.

Вот интересно, если бы такие деревья и в правду росли, когда бы они урожай давали?

Тоже летом или круглый год? Были бы у них листья, или, для удобства, сразу по соседству росли укроп, петрушка, салат и огурцы. Это ведь все трава. И огурец тоже трава, хотя его все овощем считают.

Почему, интересно, ученые, еще не вывели такие деревья? Удобно ведь. И не только кошкам. Людям тоже не помешают в хозяйстве. Вот так идешь домой усталый со школы или там, с работы. А в огороде котлетное или сардельковое дерево. Да еще кусты с копченой колбасой и чебуреками там и тут. Нарвал в тарелку сколько надо – ешь и отдыхай. Красота!