Вот только не добралась до своего первого партнёра — чрезвычайная ситуация застала её в дороге, активировав некоторые скрытые протоколы, разработанные нашими конструкторами именно на такой случай.
Первое время она занималась помощью пострадавшим, насколько могла, но это “первое время” заняло всего несколько дней. А потом пришли боевые машины империалистов и даже люди: как выяснилось, десант состоял и из людей-руководителей, в небольшом количестве, но они были. Впрочем, сами империалисты долго не протянули, но боевые действия выживших советских людей и роботов агрессора продолжались около сотни лет. Потому что они только рушили, а нашим ещё строить и выживать надо было.
Данный обслуживающий центр построили андроиды, в сороковых годах. Они также воевали, вполне эффективно, даже умудрились слегка увеличить свое количество. Только вот отношения с ними у людей становились всё напряженнее. Как я понимаю — из-за их природы, плюс пережившие атаку люди потихоньку умирали, а их дети слово “робот” ассоциировали только с врагом.
Света тоже воевала, хотя была в больше степени медиком и психологом, чем солдатом. И с людьми — особенность личности, как я понял.
И вот, в пятидесятых у неё была повреждена синтоплоть в значительном объёме, подробности она раскрывать не захотела. Она с несколькими людьми из своего отряда направилась в этот сервисный центр.
Тут выходила некоторая непонятность — то ли разработчики синтоплоти что-то не доработали, то ли это было сделано специально. Зачем — предположения есть, но очень некрасиво и неправильно вышло, с моей точки зрения!
В общем, выходило, что при потере более чем тридцати процентов синтоплоти колония микроорганизмов, из которой она и состояла, теряла способность к регенерации. При этом, сервисные стенды могли нарастить её из граммового кусочка. Какое-то сложное облучение. И, вдобавок, — чуть ли не прямое управление ЭВМ колонией микроорганизмов.
В общем, детали Света точно не знала, но пришла, расположилась в стенде. И тут… у неё робоголос дрогнул. В общем, один из её сопровождающих невосстановимо разрушил андроида-механика, а второй нанёс повреждения центру, выводя его из строя и запирая Свету в стенде.
— Убивать рука не поднимется, — буркнул урод. — Но в будущем для роботов нет места. Оставайся тут.
И ушли. А через несколько минут аварийная створка замкнулась, а мастерская затряслась от разрывов. Как выяснила Света, с которой вышел на контакт ЭВМ мастерской, остальных андроидов убили, мастерскую и дома расстреляли артиллерией.
— Это… — начал я, стараясь найти, что сказать.
— Это ещё не всё, Жора. ЭВМ вывел на развлекательный монитор — а они есть во всех стендах, операции занимают до нескольких суток, бионический мозг не компьютер, не отключается.
— Чтоб от депривации не свихнуться, — понимающе кивнул я.
— Не совсем “свихнуться”.... Хотя да, близко к тому. Когнитивные искажения, так что — “свихнуться” подходит.
— Кстати, правый манипулятор — из-за войны? — уточнил я.
Дело в том, что правая рука Светы явно была андроида, но не её габаритов. Наверное мужской или женской модели, которая была гораздо крупнее.
— Да, стенд должен был поменять, — отмахнулась она. — Так вот, я получила доступ к камерам. И… уроды они все, Жора! Караванщики, бандиты… прохожие. Выжившие. Живущие. Поэтому, когда говоришь о Союзе…
— И я?
— А ты либо сумасшедший, либо старый человек. Человек с большой буквы, как раньше, таких и не осталось. Лучшие первыми гибли, а потом…
— Света, я… не понимаю, но могу представить что ты чувствуешь. Но ты вот говоришь — “все”. А я, за несколько дней, видел нормальных, хороших людей!
— Девиц небось? — проницательно уточнила она.
— Ну-у-у…
— Ясно. Девиц. Все вы одним местом думаете…
— Все мы головой думаем! — возмутился я.
— И иногда — задницей, — хмыкнула Света. — В общем — кто я и как тут оказалась — я рассказала. Теперь твоя очередь. Как ты выжил после того, как побывал чуть ли не в эпицентре?
В принципе — понятно, что не всё говорит. Как и я, впрочем. Но тут… вот вообще непонятно, как реагировать. Потому что история её… ну я не знаю, я бы может и возненавидел людей. Вряд ли, но это сейчас так кажется. Очень обидно, подло, гадко… Вот своими руками бы того урода, её здесь запершего, порвал!
Ладно, ситуация понятная, но вот мне всё рассказывать? Ну… а почему и нет? Что она сделает? Расскажет бандитам? Или кому? После полутора сотен лет заключения? Да бред выходит.
Так что рассказал я практически всё. И о возможностях Нитронска, и о экспериментальном импланте, что в меня запихали, и о своих планах. Даже шип продемонстрировал: очень уж скептическую физиономию состроила Света. Вот мимика металлическими приводами, а очень реалистичная.
—Это всё ОЧЕНЬ странно, Жора. И я тебе готова поверить. Но вот ты рассказал, и всё-таки, что ты собираешься делать?