Некоторые студенты в таких случаях шли в поликлинику и во время измерения температуры как-то натирали или набивали градусник. Мне этот путь был несимпатичен этически, да и я довольно смутно представлял себе техническую сторону дела.
Поэтому я решил действительно заболеть.
Поскольку дело было зимой, то мне показалось относительно легким простудиться.
Холодной воды я не любил, но заставил себя достаточно долго простоять под ледяным душем.
Утром почувствовал, что температура как бы есть.
Но в поликлинике градусник показал ровно тридцать семь.
«Вот если бы было тридцать семь и один, я бы дала справку», – сочувственно сказала женщина-врач, повидавшая всяких студентов.
В то время я еще не умел просить с доброжелательной улыбкой и не унижаясь, поэтому просто встал и ушел.
Если отвлечься от моральных проблем, то температурное воздействие непосредственно на градусник более эффективно, чем опосредованно – через нагреваемое собственное тело.
Герой предыдущего повествования воздействовал непосредственно на градусник, поэтому его самореклама оказалась столь эффективной. В этом суть проблемы градусника.
Остается только правильно понимать, что в том или ином случае является градусником – важной деталью картины мира, претендующей на адекватность.
И градусником не для вас, а для внешнего наблюдателя.
Иначе все было бы слишком просто. Ведь у каждого человека свои измерительные приборы, многие из которых не имеют мировых аналогов, что и обеспечивает каждому человеку его уникальность. Например, для мамы невесты при оценке степени приличности молодого человека может быть мера чистоты его туфель, а для папы – отчетливость представления молодым человеком своих планов на будущее.
Понимать картину мира другого человека можно, только имея представление об его измерительных приборах в той или иной ситуации. Ищите градусник!
13. Приблизься к оленю
Приблизься к оленю и не ошибешься!
Именно так можешь избежать промаха, если ты плохой стрелок из лука.
Проблема точности заменяется проблемой дистанции.
Приблизиться к оленю – означает лично проверить, своими глазами. Ум и логика – это чудесно, но не мешает проверить адекватность своей картины мира с помощью собственных органов чувств.
Если перед вашими глазами машут приказом и говорят, что он нечто вам запрещает, то приблизиться к оленю – значит взять приказ в собственные руки и собственными глазами прочитать его.
Может быть, он отпечатан, но еще не подписан. Тогда это не приказ, а только проект приказа.
Может быть, он таки подписан, но запрещает нечто с 1 июля, а сейчас еще 28 июня, и можно успеть.
Может быть, он подписан, и 1 июля уже наступило, но в нем есть слова «в особых случаях… в специально установленном порядке». А разве я не «особый случай» во Вселенной?!
Остается узнать, в чем именно состоит «специально установленный порядок».
Однажды я принял должность заместителя директора по производству.
В моем подчинении, в частности, находились и бригады работников, работающих в три смены.
На стене висел график их работы по сменам. На графике были обозначены места для подписей моего предшественника и председателя профсоюза. Однако самих подписей не было.
Прежде чем поставить свою подпись, я поинтересовался, почему до меня соответствующие подписи отсутствовали.
Профсоюзный деятель мне объяснил, что этот график – незаконный, поскольку он предусматривает работу одними и теми же людьми по две смены подряд. Трудовое законодательство запрещает работу две смены подряд. Поэтому профсоюз такой график акцептировать не будет.
Я поинтересовался, давно ли такая ситуация. Он объяснил, что это положение уже три года – с момента, когда наша организация переехала в это здание. Ведь оно практически за городом, работникам далеко добираться, им удобнее отработать подряд две смены, а потом зато отдыхать побольше.
Я занялся другими делами и на некоторое время забыл об этой проблеме. Вспомнил тогда, когда решил уволить за прогулы одну весьма скандальную особу.
Вспомнил потому, что не хотел в ожидаемой мною конфликтной ситуации иметь ахиллесову пяту в виде несогласованного с профсоюзом графика работы.
И хотя меня убеждали – и профсоюзный деятель, и кадровик, и директор, что это – неразрешимая проблема, что глупо ради буквы закона отказываться от удобного всем графика, я все же решил «приблизиться к оленю».