– Тим? – решил я все же уточнить.

– Командир! – расплылся он в улыбке и никого не стесняясь, сграбастал меня в объятьях. – Живой! Молодец, Егоза, – это он уже дочке, – добилась своего!

– Нам к Ивану нужно, потом поговорите, – перебила его Оля.

Тот кивнул, отпустив меня, и, пожелав удачи, сказал, что будет ждать внизу. Наверняка сейчас пойдет всем рассказывать обо мне, если кто-то еще не в курсе вдруг остался. В кабинете меня встретил внимательный взгляд серых глаз – Иван услышал возглас Тимки и пошел смотреть, кого тот встретил, так что, зайдя в кабинет, мы столкнулись нос к носу.

Мой старый друг изменился сильнее всего. Он не просто повзрослел, как Оля или Тим. Его я видел раньше, в отличие от Лиды. И смотря сейчас на кряжистого мужика, чье тело то слегка “подергивалось рябью” как вода, то в некоторых местах кожа краснела и вспыхивала пламенем, я внезапно четко осознал одну ускользавшую от меня мысль. Точнее от меня никто это и не скрывал, но что называется до меня “дошло” только сейчас. Прошло СЕМЬ ЛЕТ! Семь лет, за которые все вокруг изменились. Семь лет как я умер, но окружающие смотрели при этом на меня, как на вернувшегося из-за границы кумира, что долго путешествовал, но наконец вернулся. И только взгляд Ивана, что смотрел на меня так, как и положено – как на ожившего мертвеца, помог осознать мне эту истину. И уже готовившиеся слететь с языка претензии насчет Оли, так и застряли в горле.

Тут он бросил взгляд мне за спину – на Олю и Лиду и коротко, но грозно приказал.

– Все вон, – вроде и не громко, но пробрало до печенок и мне сразу захотелось выполнить этот приказ. Вот только он ухватил меня за руку и не дал выйти. – Останься. А ты иди! – это он дочке, что видимо задержалась в дверях после крайнего слова Ивана.

Дождавшись, когда кроме нас никого в кабинете не будет, Сдобин снова уже медленно окинул меня взглядом, наверняка применив астральное зрение, и медленно произнес.

– Ну, с возвращением, Андрей.

– Не рад? – спросил я.

– Ну почему же, – возразил он, повернувшись к шкафу и начав в нем рыться. – Рад. Просто в отличие от остальных я уже и надежду потерял. Столько попыток… – покачал он головой, оборачиваясь с такой знакомой бутылкой коньяка – прямо то же самое, что Селезнев пил. Сразу ностальгией дохнуло. Как он там кстати?

– Селезнев-то? – переспросил Иван, когда я задал свой вопрос вслух. – Нет его. Давай помянем и твое возвращение отметим. Жизнь и смерть они рядышком ходят, – наливая коньяк, проговорил друг. Вот уж не замечал за ним ноток философа раньше. Стареет? Хотя, чего я? Он уже постарел!

– Как он ушел? – выпил залпом напиток, спросил я.

– Как и многие – попал под действие пси-вируса во время закрытия портала на американский континент.

– Значит, пути туда сейчас нет? – сделал я логичный вывод. Не везет нам в контактах с Америкой.

– Почему? – искренне удивился Иван. – Война-то закончилось уже пару лет как. Да и длилась она всего около месяца, даром что мировая. Но ударила она по всем серьезно, это да-а, – протянул в конце друг.

– А что ты там про попытки говорил? – решил уточнить я. Как-то странно, что все вокруг не удивляются моему воскрешению, кроме Сдобина. Будто так и надо. Нет, понятно, что Собиратель способен на такое, он еще в мою бытность псионом такое проворачивал, и наверняка не раз и не два такое потом повторял. Но никто разве не задавался вопросом, почему раньше меня не воскресили, а только сейчас сподобились?

– Тебя постоянно раз в полгода воскресить кто-нибудь пытался, – поделился он со мной. – Почему-то каждый новый верил, что вот у него-то уж обязательно получится! Всем известно, что для удачного воскрешения нужна плоть умершего и частичка его ауры. И если вещей, где мог содержаться хотя бы один твой волосок, натаскали столько, что целый музей в школе открыт, то вот с частичкой твоей ауры все плохо. Не было ни у кого ее. Но попытки никто не бросал, как и извещать весь мир о своем позоре при очередной неудаче не стремились. Так что каждый новый претендент думал, что он второй, ну, в крайнем случае, третий по счету из тех, кто решил попытаться воскресить Легенду, – тут Иван усмехнулся, его явно забавляла наивность таких претендентов. – Но мы со Скворцовым давно поняли, что пока он не достигнет максимального уровня, шанса почти нет. И твоей дочке то же самое объяснили. Вот она-то веру никогда не теряла. Как втемяшилось ей в голову после плена, что нужно папу воскресить, он защитит, так и все! – тут он вдруг резко замолчал и виновато спрятал глаза.

– Вот кстати, – я вспомнил, что и Скворцов о похищении и каком-то ритуале над ней говорил. – Что там за плен? Зачем Лиду похищали?

Иван недовольно посмотрел на меня, налил из бутылки по второй и, не дожидаясь меня, влил коньяк себе в глотку.

– Уже рассказали?

– Без подробностей, – кивнул я.

– Похищали ее, когда ей три года исполнилось. До сих пор непонятно зачем, но именно тогда она инициацию и отхватила. Вроде опыт над ней ставили как раз по той самой инициации, но почему именно над ней – вот вопрос! Хотя, когда мы ее нашли и прервали ритуал, что был в самом разгаре, судя по оставшимся после боя следам, это была не инициация. Что-то иное.

– Что?

– Не знаю, – дернул Иван щекой. – И никто не знает. Даже Артефактор. А ведь он тогда еще жив был. Но он предположил, что ее могли использовать для установки связи с чужаками…

– Что за бред? – перебил я друга.

– Бред, – кивнул он. – Но ведь у тебя такая связь была? И кстати, – тут он снова внимательно окинул меня взглядом, – ты заметил, что твои характеристики изменились.

– Конечно. Мне объяснили, что это благодаря созданию вами единой астральной сети…

– Я не про это, – отмахнулся Иван, не дав мне договорить. – Я об изменении твоей предрасположенности и появлении базовых умений. И если само появление можно списать на полную подстройку под мировой астрал, то вот набор этих умений и новая предрасположенность…