— Ответственность, родичи! — более культурно сформулировал граничащие с откровенным геноцидом выводы остальных Романовых председательствующий Сан Саныч. — Только и исключительно ответственность! И не в виде перевода обратно в Москву на переждать, понижения в должности или увольнения, а как реальная материальная с поражением в правах… или иная уголовная ответственность, вплоть до…. — Он улыбнулся. — Декларировать, понятно, мы это нигде не будем, но пара показательных процессов с полной конфискацией имущества и отправкой осужденного на каторгу должна будет отрезвить наших рафинированных дипломатов. Что у нас по персоналиям, которые будут ответственны за работу иностранного отдела, коллеги?
В результате недолгих переговоров были назначены следующие ответственные лица: великий князь Александр Николаевич как куратор Тайной канцелярии; великие князья Алексей Александрович, Александр Александрович — совсем младший — и Николай Викторович и, понятно, Прохор Петрович Белобородов с Иваном Олеговичем Кузьминым. Сам глава Тайной канцелярии, Виталий Борисович Пафнутьев, в списке подразумевался.
Больше всех в результате этих семейных переговоров, как мне показалось, были довольны Александровичи: Коля и Саша в теме, под присмотром и занимаются важными для империи делами. Кроме того, Александровичи смогли лично убедиться в том, что их сыновья и внуки всем этим занимаются не для «галочки», а искренне и с огромным удовольствием, и теперь Сан Саныч с Петром Санычем, как и их сыновья с обеими снохами, с еще большим уважением поглядывали на Прохора и Ваню. Правильно мне сказал дед Михаил: будешь контролировать братьев — будешь контролировать и Александровичей…
Сами Прохор и Иван грустили: они прекрасно понимали, какой груз ответственности на них взвалили, а сколько по времени им этот груз тащить, было совершенно непонятно. Меня же радовало другое: с каждым днем, с каждым часом, с каждой минутой воспитатель с колдуном все сильнее интегрировались в семью Романовых. Становились ее частью. И ничего, что Прохор с Иваном для старших родичей всегда останутся чем-то вроде приближенной к ним обслуги, зато для меня, моего отца и дядьки Коли они останутся родными людьми, а не просто близкими друзьями и боевыми товарищами!
— Так, родичи, — привлек внимание всех за столом дед Николай, — не расслабляемся. У нас с вами после обеда прогулка в сад при дворце Гримальди, явка обязательна.
Я тут же вспомнил про аналогичное вчерашнее предложение наших друзей и их переглядывания. Что-то явно намечается… От выдумывания различных версий меня отвлекла императрица:
— Молодые люди. — Бабуся смотрела на нас с Колей и Сашей. — Аннушка Шереметьева на низком старте и готова осчастливить вас интервью. Изабелка на подходе тоже и присоединится к нам во дворце Гримальди. И, Алексей, смени костюм, он у тебя слишком мятый…
Глава 8
До дворца Гримальди наша очень представительная делегация добиралась пешком, а инициатором столь неподобающего поведения членов правящего рода Российской империи выступил «демонстративно плюющий» на все условности и требования протокола Сан Саныч.
— Надо после обеда растрястись, — заявил он. — Полезно, знаете ли, для здоровья. Да и идти тут чуть…
Вот мы и пошли, провожаемые удивленными взглядами праздно шатающихся по Золотой площади зевак. Слава богу, кроме поклонов, со стороны экзальтированных дамочек не случилось никаких показательных выкриков, в том числе и «Алекс, я хочу от тебя детей!».
Около дворца всю нашу делегацию встретили гвардейцы и проводили не в сад, как предполагалось, а на автомобильную стоянку, где нас ожидали князь Монако, король Индии, император Японии — все с наследниками — и вся наша молодежная компания, включая Изабеллу Савойскую и Сашку Петрова. Недалеко от вышеперечисленных лиц стоял накрытый чехлом автомобиль совсем немаленьких размеров. Как говорится, интрига закручивалась!
Никаких ручканий не случилось, все поприветствовали друг друга кивками с краткими восклицаниями, и официальная часть началась. Началась она, кстати, очень неожиданно: вперед выступил Георг Виндзор, обозначил поклон и обратился на своем родном языке к моему царственному деду:
— Ваше величество, разрешите попросить господина Белобородова подойти к нам?
— Не возражаю, — кивнул дед и повернулся к удивленному воспитателю: — Прохор Петрович, шагай уже…
Мой воспитатель кивнул.
— Есть, государь. — И, стерев с лица удивленное выражение, чуть ли не строевым шагом вышел навстречу английскому принцу.
Георг, оглянувшись на остальную молодежь и дождавшись, пока Аня Шереметьева с фотоаппаратом в руках займет удобную позицию для съемки, кивнул, приосанился и важно заявил:
— Господин Белобородов, от лица моих друзей и от своего лица тоже хотел бы выразить вам искреннюю благодарность за ваши с нами занятия. Поверьте, мы хорошо усвоили ваши уроки и очень надеемся, что вы в самом ближайшем будущем передадите нам еще какую-то часть вашего бесценного опыта! А в качестве искренней благодарности просим принять от нас этот скромный подарок!
Виндзор махнул рукой, и чехол, подхваченный двумя маленькими воздушными смерчами, красиво слетел с автомобиля. Молодые люди захлопали, а Георг начал презентацию: