“Дорогой, твой папаша приезжал ко мне и мы с ним потрахались…” – так что ли? Ну уж нет! Пусть этот боров проспится и протрезвеет!
Но этот гад не собирался упускать своего! Он схватил меня за волосы и встав, швырнул перед собой на колени.
"Раз у тебя, шлюшка, дыра занята, будешь сосать!!! Поняла меня?!" – орал он.
Я люблю сосать, но Игнатию я не хотела делать приятно. Взять у него в рот – это было уже слишком.
Он мне казался грязным и отвратительным, и одна мысль о его члене вызывала у меня ужас и дискомфорт.
Его сперма – наверняка отвратительная слизь, а уж глотать ее! Ну уж нет!
Я как в воду глядела! От его толстого волосатого члена, который он вывалил из штанов, воняло мочой и потом. Я попыталась несколько раз вырваться. Но все безуспешно.
Я, конечно, не могла вырваться из лап этого здорового мужика, но решила ни за что не открывать ротик. Поэтому я зажмурилась и покачала головой.
– Ах ты, сучка! – заорал он. – Ну-ка, рот открыла! Я тебе покажу как отказываться от моего дружка!
И тут же в голове у меня все вспыхнуло от сильной, звонкой пощечины! Голова моя мотнулась, я вскрикнула и тут же на меня обрушилась другая – уже с противоположной стороны.
Меня никто никогда так не бил и я была совершенно ошеломлена! А он рванул меня за волосы так, что у меня выступили слезы на глазах и я закричала.
– Что? Хочешь еще? – ухмыльнулся он и вновь замахнулся на меня.
– О нет, пожалуйста, остановитесь я… я… ну в общем согласна… – судорожно мямлила я, сжавшись от страха в ожидании новых ударов.
– Что, уже согласна? – требовательно спросил он, склонившись ко мне и довольно ухмыляясь.
– Ну… согласна… сосать ваш… член… – еле слышно пролепетала я, чувствуя, как краска стыда разливается по моим щекам.
Я не могла смотреть ему в глаза, а унижение сжимало грудь так, что казалось, воздуха не хватит. Презрение к самой себе заползало в каждую клетку моего тела, разъедая изнутри. Как же я могла так быстро сломаться? Но панический страх боли делал свое дело – я готова была согласиться на все, только бы это прекратилось.
Его тяжелый взгляд, переполненный торжеством, будто придавливал меня еще сильнее, лишая даже намека на силу сопротивляться.
Тогда я окончательно осознала, что оказалась в безвыходной ситуации. Его массивная фигура полностью перекрывала мои попытки сопротивления, а тяжелые руки, словно тиски, держали меня так, что вырваться было невозможно. Справиться с ним? Это казалось нереальным, он был сильнее, увереннее, и явно не собирался меня отпускать.
Внутри меня бушевала паника. Каждый удар сердца отдавался в висках, заглушая даже его низкий, требовательный голос. Все, на что я могла надеяться, – это чтобы это все поскорее закончилось.
Слезы сами хлынули из глаз, горячие и беспомощные. Я уткнулась лицом в его пах, стараясь хоть как-то скрыть свое отчаяние. Но скрыть это было невозможно – меня всю трясло. Бессилие и осознание того, что выхода нет, буквально парализовали.
"Следовательно, мне все равно придется отсосать у него," – эта мысль крутилась в голове, как заклинание, от которого невозможно было избавиться. "Чем больше я противлюсь, тем хуже делаю себе…"
Но это так отвратительно! Все внутри сжималось от омерзения, и я не могла перестать плакать. Боль от унижения разрывала душу, и, казалось, что я никогда не смогу забыть этот момент.
Его шершавая головка уверенно раздвинула мои покорно приоткрытые губки проникла глубоко мне в рот.
Игнатий крепко держал меня за голову, его хватка была железной, как тиски. Я попыталась дернуться, но это только усилило его хватку. Он склонился ближе, так что я чувствовала его горячее дыхание на своей щеке.
– Давай, Вероника, работай. Не отлынивай, – его голос звучал требовательно, но с издевкой. – Я должен знать, хорошая ли ты жена для моего сына.
– Игнатий, пожалуйста… это неправильно… – начала я, чувствуя, как сдавленный ком подступает к горлу. Я пыталась отплеваться от его члена, но мужчина упорно пытался снова впихнуть свой прибор мне в рот.
– Неправильно? – он усмехнулся, словно мои слова его позабавили. – Неправильно, это когда жена не знает, как угодить своему мужчине. А я, между прочим, проверяю, как ты справляешься с обязанностями.
Я почувствовала, как слезы снова подступают к глазам, но он смотрел на меня так, будто знал: выбора у меня все равно нет.
– Покажи, чего ты стоишь, девочка. Или мне рассказать сыну, какая у него нерадивая жена? – его тон был опасно низким, и в нем звучала явная угроза.
Дальше он снова затолкал в меня свой член. Причем он не просто трахал меня в ротик, а заставлял работать язычком, брать за щеку, всасывать в себя его прибор!