— Северус! — мальчик попытался выпутаться из цепких тёткиных рук и дотянуться до мужчины. — Как же я по вам по всем скучал! А Майк где?
— Здесь я, — донёсся из кухни жизнерадостный голос. — Всё ещё левитирую сковородку, которую Петти бросила на моё попечение, прежде чем сбежать к тебе.
Петуния охнула и метнулась обратно.
— А нас вчера по домам отпустили, — трещал Дадли. — Я всё ждал, когда ты приедешь. Северус с Майком говорили, что поезд придёт только сегодня. Но я всё равно надеялся, что сделают исключение и всё-таки отпустят вас не в последний момент. Рождество же!
— Если бы не Блейз Забини, я мог бы вообще не приехать.
— Гарри, об этом даже речи не шло. Я тебе сразу сказал, что при любых обстоятельствах Рождество ты будешь встречать дома.
— Да-да, Северус, я знаю! Знаю. Но согласись, миссис Забини очень помогла.
При упоминании матери сокурсника на лице помалкивающей всё это время Сильвии мелькнула непонятная усмешка.
— Так, всё потом… — Петуния снова вынырнула из кухни и безуспешно старалась замаскировать строгим тоном улыбку. — Гарри, переодевайся, мойте руки и за стол. Я приготовила ваши любимые блинчики с шоколадом.
Дважды просить не пришлось, блинчики с шоколадным соусом мальчишки и в самом деле обожали. Поспешно стягивая ботинки, Гарри заметил, как Сильвия что-то экспрессивно шепчет Северусу, мешая вместе английские и испанские фразы, а на её лице играет всё та же усмешка. Гарри даже удалось расслышать несколько слов и дважды повторённое имя «Иштар».
Вернувшись в свою комнату, Гарри с мрачным удовлетворением отметил, что дротики из его любимой мишени никто не вытащил. Так и торчали в директорском носу с самого сентября.
— Специально для тебя оставил, — ухмыльнулся Дадли, правильно истолковав взгляд брата. — Подумал, это твой боевой дух укрепит.
— Спасибо, Дад. «Дух укрепить» мне тоже не помешает, хотя больше хотелось бы просто учиться. Ты не представляешь, как меня этот козёл достал!
— А если внимания на его козни не обращать?
— Не выйдет. Миром мы точно не разойдёмся. Либо я его из школы выпру, либо он меня со свету сживёт. Кстати… Северус ничего такого не говорил и не спрашивал?
— О чём?
— Ну о том, что я тебе в блокноте писал про наши… кхм… шуточки.
— Он знает? — на лице Дадли читалось непритворное ошеломление.
— Не про всё. Но очень о многом догадывается. Так что меня ещё выволочка ожидает. И хорошо, если только одна.
— Узнает обо всём — откусит тебе башку, — резюмировал Дадли, и Гарри в ответ только уныло вздохнул.
Следующий час вместо того, чтобы готовиться к празднику, они неистово метали в Дамблдора дротики, вымещая на нём свой гнев и придумывая новые фразы, которые тот мог бы орать при удачном попадании.
Рождество решили встречать в поместье. Ну и что с того, что ни один из домов не достроен, а у гостеприимных Малфоев и Ноттов было бы гораздо комфортнее. Мелочь какая! Рождество — семейный праздник, и все хотели встретить и провести его в кругу своей, пусть и не совсем обычной, семьи.
В саду стояла высокая пушистая ель, и её украшение целиком и полностью отдали на откуп мальчикам и Северусу, пока остальные взрослые заканчивали последние приготовления к празднику. Снейп, поспоривший с Майком, что ему удастся сделать ель такой же как в Хогвартсе, упрямо пыхтел; морщил нос, припоминая особенности школьного декора; махал палочкой, наколдовывая прямо из воздуха шары и гирлянды. В искусстве украшения он Флитвику явно проигрывал, но очень старался.
Самое ответственное дело — водрузить на макушку ангела, мальчики взяли на себя и едва не свалились с метлы, пытаясь прикрепить его ровно. Майк появился как раз в тот момент, когда развешанные на верхних ветках шары и гирлянды сбились в кучу, а ангел так накренился вперёд, что казалось будто он хочет спрыгнуть на голову стоящему внизу Снейпу.
В итоге Северус вынужден был признать, что оказался слишком самонадеянным и Хогвартской ели у него не получилось, а Майк великодушно объявил их ель куда более домашней и праздничной, чем помпезное школьное совершенство. На том все и успокоились. Ведь самое главное не то, насколько идеально украшена твоя Рождественская елка, а то, хорошо ли близким людям, встречающим с тобою праздник. А уж в том, что все собравшиеся действительно счастливы рядом друг с другом, сомневаться не приходилось.
Смотря на свою семью как бы со стороны, Гарри всерьёз задумался. Взрослые представляли собой две удивительно гармоничные, но казавшиеся полными противоположностями пары. Светловолосый и голубоглазый Майкл Барнс уже несколько лет являлся неофициальным мужем такой же голубоглазой блондинки Петунии. В отличие от педантичной уравновешенной жены, он был тем самым человеком, который привносил в их необычную семью изрядную долю сумбура и жизнерадостности. Будучи магглорожденным и не имея особых талантов к волшебству, он был прекрасно адаптирован к маггловскому миру, и жена-сквиб стала для него отличной спутницей жизни. Эти двое отлично дополняли друг друга. Жгучие брюнеты Северус и Сильвия были совсем другими. Полукровка и чистокровная. Два сапога — пара. Ироничные, изворотливые, целеустремлённые, одержимые страстью к науке. Их Магия одарила и силой, и талантами. Делать у простецов им было нечего, зато волшебному миру они могли дать очень и очень многое. Насколько же Дамблдору было наплевать на жизни других людей, если он руководствуясь только собственными выгодами вынудил пожениться совершенно не подходящих друг другу Северуса и тётю Петти?! Хуже того, Дамблдор до сих пор не знал, что Петуния сквиб, был уверен, что женил Северуса на маггле и не испытывал по этому поводу ни малейших угрызений совести!