Закончив с разговорами, все уселись на сани, и лошадки повезли нас к выходу из деревни. В санях места всем хватало с лихвой. На сене мягко сиделось, а лошади с легкостью тянули из за собой. Стоило нам метров на сто отъехать от ворот, как позади нас послышались приближающиеся крики.

— Стойте! Стойте, мать вашу! А то стрелять буду! — кричал во все горло бегущий за нами боец, и, присмотревшись, я узнал в этом бойце Бегунка.

Мы остановились, и к нам подбежал запыхавшийся паренек, одет он был как и я, вот только видно, что он уж очень спешил, все висит как попало и звенит он словно свинья копилка с большим рюкзаком за спиной и новеньким обрезом, заткнутым за пояс. Вид у него был так себе, вся морда в синяках, опухшая, рассеченная нижняя губа, да и руки у него заметно потряхивались. Он, тяжело дыша, обдавал нас всех перегаром, от которого можно было опьянеть.

— Вот те раз! Явление Христа народу. Ты чего приперся-то? — ухмыльнувшись, спросил я у него.

— Как это что? — возмутился парень, — Я это, с тобой пойду, подсобить там могу, если надо будет. А то что-то я засиделся на одном месте, сил моих больше нет, так и спиться недолго, — обильно жестикулируя руками, объяснился Бегунок.

— Что ты мне тут заливаешь? — не поверил я ему, — Признавайся, опять где-то чего то спер? А? Где накосячил?

— Макс, ну ты же меня знаешь, я порядочный человек. — начал отпираться паренек, пытаясь изобразить на своем лице невинность.

— Вот именно, что знаю! А потому и спрашиваю, где накосячил? — надавил я на него.

— Да там сущие пустяки, — отмахнулся он и попытался сесть в сани, но я оттолкнул его ногой в сторону.

— Бегунок, не трать мои нервы и время. — уже более суровым голосом спросил я.

— Ну ты и зануда, Макс. — глубоко вздохнув, сдался парень, — Я вчера в кабаке с одной барышней познакомился, так она меня в комнату заволокла, на кровать бросила и вцепилась в меня, словно злобный гуль! Хотя какой там гуль, огромная медведица! «Люби меня» говорит и платье с себя скинула и оседлала меня словно коня! Никакого удовольствия, словно двадцать верст бегом пробежал! А потом еще муж ее зашел, а он, как оказалось, хозяин данного заведения. Ну, в общем, он меня сразу невзлюбил, а сам здоровый, словно бык, ну и дал мне по морде. Я-то ноги в руки и бежать от него. Он мне вслед крикнул, что ноги с руками мне переломает и что-то оторвать еще обещал. А пока я убегал вспомнил, что мне говорили о том, что ты сегодня по делам отбываешь, дай, думаю, с тобой схожу, пока тот успокоится. Домой забег, все, что нужно, собрал и за тобой. — закончил свой рассказ Бегунок под дикий и заразительный смех всех присутствующих. Даже лошади громко начали ржать.

— Ты как всегда, а главное не виновный! Ладно Дон Жуан хренов, садись, как наживку буду тебя использовать. — посмеявшись, ответил я, указывая парню на свободное место, что было на санях.

— И на кой черт он тебе сдался? Это же не человек, это беда ходячая. — обратился ко мне один из мужиков.

— Это не беда, это целая катастрофа, но зато с ним хоть не скучно. — отмахнулся я.

Ехали мы с ветерком, дорога была пустая, да и кому на ней взяться? Следов никаких не видно, разве что звериные попадаются изредка. По пути стражники травили разные байки о своих приключениях на местных просторах, и одна из них меня сильно заинтересовала.

Есть на севере одна деревенька, не очень большая, но больно продвинутая. У них там лампы светятся, словно от магии. Куча разных приспособлений, умеют картинки оживлять, и они не только двигаться начинают, но и разговаривать. Люди там шибко умные живут, что-то изобретают, конструируют. И есть у них огромная штука, что может по железным путям передвигаться, они ее, словно печку дровами топят, а та пыхтит, выбрасывая пар в воздух, и перевозит все, что в нее нагрузишь. Но это не главное, живут-то они богато, и немало людей на их добро руки наложить хотело, вот только хрен там. Те дерутся, словно звери, все сильные и стрелки умелые, за версту белке в глаз попасть могут, и к их деревне незамеченными подобраться невозможно. И нет барона у них, живут они мирно и не ссорятся между собой, а в случае нужды к ним на помощь всегда приходит хозяин тайги.

Хозяин тайги — самое сильное существо, что кто-либо когда мог видеть, его даже матерые охотники стороной обходят. Он высокий, метра два с половиной будет. В тяжеленных железных доспехах, его меч обычный человек даже от земли оторвать не может. А с виду он больше похож на скелета с красными огнями вместо глаз. Он бессмертен и при этом добр и мудр, никогда не нападет первым, и если люди с злым умыслом заходят на его земли, то он всегда предлагает им уйти подобру-поздорову, но если же на него напасть, то выжить не получится, от него не убежать даже на лошади.

— А имя есть у этого хозяина тайги? — спросил я, дослушав историю.

— Ну чем ты слушаешь, Хозяин тайги, так его все и зовут. — проворчал охранник.

Вся эта история напомнила мне про одного старого знакомого, который, по логике вещей, так же, как и я, мог спокойно прожить все это время. А если вспомнить свой сегодняшний сон и обещание, которое дал мне Фрэнк в нашу последнюю встречу, то получается, что он вполне мог его сдержать.

«Твою-то мать!» — мысленно прокричал я у себя в голове. Что же я натворил, я же просто опустил руки, а Фрэнк, видимо, все же смог их спасти, а я просто сдался! Вот я идиот! Но я же видел тело Жени? Мне его специально показывали, а может это была не она? Во что бы это ни стало нужно найти этого хозяина тайги! Конечно, может, я и зря себя обнадеживаю, все же это просто догадки, но кто его знает.

Но вышла проблемка, никто не знает, где эта деревня находится, эта байка передается из поколения в поколение, так что это несколько усложняет задачу. Но планы на весну у меня уже есть, носом буду рыть, но найду эту деревню!

Световой день стал еще короче, так что за день мы проехали только полпути. Ночевать решили прямо на дороге, так что распрягли лошадей, накормили и принялись разжигать костры и готовить ужин. Бегунок всю дорогу тупо проспал, а сейчас жутко болел с похмелья, еще бы, столько дней пробухать, это же сколько здоровья нужно. Сани сдвинули треугольником, между ними горел яркий костер, освещая своим светом приличную территорию, и своим теплом топил снег, превращая его в кашу. Над костром висел черный от копоти котелок, в котором топился снег. Все дружно хлебали и нахваливали горячую мясную похлебку, которую только что приготовили, надо отдать должное, она была реально вкусной. Особенно в восторге от нее был Бегунок, который аж три тарелки навернул. Закончив с ужином, наши сопровождающие разделились на дежурства, и отдыхающие легли спать. Как, собственно, и я, разместившись в санях на мягком сене. Лежа на спине, я смотрел на чистое небо, в котором мерцали звезды. Стараясь ни о чем не думать, просто смотрел на сияние огоньков, и все, и сам того не заметив, я спокойно уснул.