— Ну, Ариш, — еще горше вздохнула Полина, — ну правда, хватит уже…
На что любимая сестренка тут же перевела объектив на нее.
— Полин, улыбнись!..
Остановить это кино удалось только тортиком, который моя управляющая поставила на стол, а следом разлила по чашкам горячий ароматный чаек. Как по волшебству, ее грызун мгновенно превратился в муху, аж в предвкушении потирая лапки перед сладким.
— Что, еще не наелся? — участливо поинтересовался я.
— Полин? — в ответ повернулся он к кормилице, вложив в эти два слога всю боль, отчаяние и обделение, которые вызвала у него моя фраза.
— Ну, Ромк… — привычно вздохнула она. — Тут всем хватит.
И, словно стремясь меня задобрить, отрезала первый самый большой кусочек и под завистливым взглядом Марата придвинула его ко мне.
— И что за повод? — спросил я, погружая десертную вилку в сочный крем.
— Так полгода же, — быстро выдала Полина, — как мы с Маратиком вместе, — и зыркнула на меня.
Мда, целых полгода… Что-то ты не особо радуешься. В глазах уже привычно читалось «дай мне повод его бросить». Так уже столько дал, выбери хоть один да воспользуйся.
Ее Маратик, победивший лапшу, теперь смачно боролся с тортиком. Да он сам по себе тот еще повод. Просто присмотрись да брось — прямо сейчас, прямо здесь, прямо под этот тортик, чтобы не готовить еще один, когда вы уже наконец расстанетесь.
— И вот Маратик, — подливая ему чаек, продолжила глупышка, — позвал меня это отметить. На море. Сегодня будет меня на яхте катать. Как ты своих подруг, — и снова зыркнула на меня.
— Только лучше! — вякнул осмелевший паразит.
Зря ты это сказал.
— А ты хоть умеешь-то яхтой управлять? — я повернулся к нему, почти сочувствующе глядя на заляпанные кремом щеки и губы, которым бы не помешал слюнявчик.
— Ромк!.. — мигом возмутилась Полина.
А что? Он ложку-то до рта донести не может, а тут целой яхтой управлять.
Чувствуя, что в сцене появился накал, Арина отложила тортик и снова потянулась к камере.
— Я просто боюсь, — кинематографично повернулся я к моей глупой красотке, — тебя потерять. Море — штука опасная. Не всякий справится…
— Ой, как это мило с твоей стороны, — проворковала Полина, подливая теперь чаек мне.
— Да уж как-нибудь справлюсь, — проворчал следом ее хомяк, — без всяких…
— Как-нибудь? — хмыкнул я. — Уверен? С как-нибудь в море лучше не выходить…
— Ты еще будешь меня учить! — буркнули в ответ. — Школьник сопливый…
— Марат! — тут же возмутилась Полина.
Но, судя по всему, на повод и это не тянуло.
— Паразит! — подсказал ей я.
— Ромк!..
И это не тянуло…
— А давай, — миролюбиво переведя глазами между нами, наконец нашла она компромисс, — возьмем ребят с собой!
— Чего? — аж поперхнулся ее Маратик, что мигом запечатлели на камеру.
— Яхта, яхта! — загалдел наш горе-режиссер. — Обожаю яхты! Рома нас шикарно тогда свозил!..
— Я только за, — кивнул я.
Кто-то же должен сменить этого неумеху на случай, если он завезет мою красотку постарше в глубокие воды.
— Да при чем тут ваш Рома? — пробурчал он. — Мы же хотели вдвоем…
— Яхта! Яхта! — галдела Арина. — Хочу на яхту!..
— Ну что нам жалко, что ли, ребят покатать? — настаивала Полина.
— Тогда и скидываться на яхту надо было всем вместе, — проворчал ее прижимистый хомяк.
Ой, да брось — в то, что ты хоть на что-то можешь скидываться, верилось еще меньше, чем в то, что ты можешь быть капитаном.
— Ну давай! — наседала на него Полина. — И все посмотрят, какой ты капитан!
— Ну давай, — тяжело выдохнул он и страдальчески принялся за тортик.
— Не подавись, — тихо добавил я.
Полин! — хотел привычно крикнуть он, но все-таки подавился. Что опять с удовольствием запечатлели на камеру.
А что, я всегда чувствовал, что Полина выбирает неправильных мужчин, но раньше у меня не было шанса показать ей, насколько неправильных. А тут он буквально напрашивался сам.
И вообще, не надо недооценивать школьников.
— Ну вот, наш лайнер, — заявил Марат, гордо выпятив грудь на фоне какой-то рыбацкой шхуны.