— Ага, и проблемы ему обеспечены, — заметила Карина, поглощая уже третье мороженое.
— А подробнее? — я вопросительно глянул на телохранительницу, и та, тяжело вздохнув, поделилась со мной своими размышлениями. И надо сказать, что логика в ее словах была, особенно когда речь зашла о том, что я провинциал, а значит, по сути, красная тряпка для всех московских бычков.
— Ты сгущаешь краски, Карина, — как-то неуверенно сказала Вика и повернулась ко мне. — Не слушай ее, она у меня жуткая пессимистка.
— Мне кажется, тут по большей степени реализм, — я усмехнулся. — Впрочем, я не ждал, что меня в столице встретят с раскрытыми объятиями. Но и я не плюшевая игрушка, так что, думаю, как-нибудь справлюсь с этим всем.
— Ну-ну, — Карина фыркнула. — Тут просто магией не решишь вопрос, тут интриги, связи и так далее. Так что я бы посоветовала тебе быть тише, по крайней мере первое время.
— Карина, я ценю твои советы, но позволь мне самому решать, как действовать.
Девушка ничего не ответила, лишь сверкнула глазами и уткнулась в свое мороженое. Интересно, почему у нее такая реакция? Ревность в отношении Вики? Вполне возможно, хотя, как ни странно, никаких жестов и никаких намеков в сторону Михеевой с моей стороны не было. Но женский разум штука сложная, а иногда и невозможная для понимания, так что проще просто забить на это.
Закончив с ужином, я расплатился за оба столика, и мы направились на выход. С Викой и Кариной мы расстались на парковке, там девушек ждал автомобиль с водителем и еще одним бойцом охраны.
— До завтра, Леонид, — Вика улыбнулась. — Надеюсь, тебе понравится в академии.
— О, можешь не сомневаться, мне точно понравится, — поцеловав ей ручку и махнув на прощание, я кивнул своим, и мы направились уже к нашей машине.
Загрузив пакеты с вещами в багажник, я попросил опричников заехать в приличный продуктовый магазин, так как продукты мы тут покупать не стали. Не то чтобы их не было, но вот не вызывают у меня доверия идеально ровные куски мяса и овощи как с картинки. Чувствуется в них какая-то искусственность, по-другому и не скажешь.
— Есть парочка хороших магазинов, как раз по пути будет, — сказал Тимур и прыгнул за руль, а Вася сел рядом с ним.
Ну а мы с Олегом и Антоном сели сзади, и внедорожник рванул в сторону дома. Тимур через сорок минут свернул в узкий переулок, в самом конце которого был небольшой магазин, стилизованный под средневековую лавку, где мы накупили продуктов высшего качества. Адрес я запомнил, и если продукты на вкус окажутся так же хороши, как и на вид, то сюда мы будем заезжать постоянно.
— Можете не сомневаться, Леонид, продукты тут хороши, мы сами постоянно закупаем, — сказал Вася и широко улыбнулся.
В отличие от Тимура, он явно любил поговорить, да и вообще производил впечатление рубахи-парня. Впрочем, я этим не обманывался. Уровень у него был не ниже мастера, и, судя по цвету энергии, стихия у него была связана с молнией, так что этот добродушный увалень точно может долбануть так, что мало не покажется.
Вернувшись домой, мы загнали автомобиль на территорию, благо гараж на три автомобиля тут был предусмотрен. Ребята направились на кухню разбирать пакеты, а я взял купленные вещи и поднялся на второй этаж. Рассортировав все по шкафам, я выбрал то, что нужно для завтрашнего похода в академию, и, найдя утюг, приступил к глажке. Во время этого медитативного процесса я размышлял о том, что же делать с Волконскими. Княжич точно доложит своим родичам о нашей встрече, а значит, неплохо бы и мне позвонить деду и сказать о том, что столкнулся с представителем этого рода.
Закончив с вещами, я достал телефон и набрал старика. Дед внимательно выслушал мой рассказ, после чего чертыхнулся.
— Вот же гадины, и ведь обязательно начнут разнюхивать, — старик тяжело вздохнул. — Вот что, Леня, ты завтра в академию идешь, так? Тебя наверняка начнут провоцировать, у Волконских есть вассалы, а ты не поддавайся.
— Дед, я, конечно, буду сдерживаться, но в разумных пределах. Если мне плюнут в лицо, я им рот перемещу на затылок.
— Н-да, и ведь ничего даже не скажешь, — старик хмыкнул. — Ладно, пусть так. Ты у меня юноша разумный, по крайней мере так говорил Михеев, так что постарайся применить свою разумность по максимуму. И да, если тебя начнут приглашать к Волконским, а такое тоже возможно, соглашайся. В конце концов, родство с ними у тебя есть, отказать такому приглашению — это фактически расписаться в своей ненависти к роду. У нас же с ними конфликт давно улажен.
Я мысленно поморщился. Ага, улажен, как же. Улажен он только на словах, а по сути вряд ли эти ребята забыли, что моя мать просто ушла из их рода. Когда Вороновы были на коне, Волконские не лезли, но с тех пор все изменилось.
— Хорошо, деда, так и сделаю, — старику я дал именно тот ответ, что он хотел услышать, пожелал ему спокойной ночи, и на этом наш разговор закончился.
Спать я пока не хотел, так что, достав из сумки ноутбук, решил изучить все, что есть в сети касаемо Царской академии. Ведь, как известно, информации много не бывает.
Москва. Дворец Волконских.
В небольшом, со вкусом обставленном кабинете находились двое. Мужчина лет шестидесяти, в неплохой физической форме, с все еще черными волосами смотрел на внука, что буквально недавно вернулся из города.
— Воронов, значит? — голос мужчины дрогнул. — Столько лет их не было в столице, что я уже успел забыть ту ярость, что испытывал при упоминании этого рода. И каков этот Леонид Воронов?