Время расшатает —
— Потухнет свет.
Во мгле пустой,
Как дым седой, растает,—
— Полет планет.
Росеет луг…
Слетает, холодея, —
— В перловый жар,
Оранжевою
Ржавчиною рдея,—
— Багровый шар.
Пространства гаснут,
Прахом распадаясь;—
— И — я; и — ты…
Там — жизни нет:
Грозят, туда бросаясь,—
— Мои персты.
Июль 1902, 1931
Н. В. БУГАЕВУ
1
Запламенел за дальним перелеском
Янтарно-красным золотом закат.
Кузнечики назойливые треском
Кидали в нас. Вился дымок из хат.
Садились мы, и — что-то, полный смысла,
Ты вычислял, склонившись над пеньком.
И — нить плелась. И — складывались числа.
И — сумерки дышали холодком.
Ты говорил: «Летящие монады
В зонных волнах плещущих времен,—
Не существуем мы; и мы — громады,
Где в мире мир трепещущий зажжен.
В нас — рой миров. Вокруг — миры роятся.
Мы станем — мир. Над миром встанем мы.
Безмерные вселенные глядятся
В незрячих чувств бунтующие тьмы.
Незрячих чувств поверженные боги,—
Мы восстаем в чертоге мировом».
И я молчал. И кто-то при дороге
Из сумерок качался огоньком.
Твои глаза и радостно, и нежно
Из-под очков глядели на меня.
И там, и там — над нивою безбережной —
Лазурилась пучина бытия.
И чуть светил за дальним перелеском
Зеленоватым золотом закат:
Кузнечики назойливые треском
Кидали в нас. Стелился дым от хат.
2
Цветут цветы над тихою могилой.
Сомкнулся тихо светлой жизни круг.
Какою-то неодолимой силой
Меня к тебе приковывает, друг!
Всё из твоих отворенных оконец
Гляжу я в сад… Одно, навек одно… [1]
1
Стихи Вл. С. Соловьева.
И проливает солнечный червонец
Мне пламенное на руку пятно.
И веяньем проносится: «Мы — боги,
Идущие сквозь рой миров, — туда,
Где блещет солнце в яркие чертоги,
Где — облака пурпурная гряда…»
1903, 1914
«Прошумит ветерок…»
Прошумит ветерок
Белоствольной березой;
Колыхается грустный венок
Дребежжащей, фарфоровой розой.
Черных ласточек лет;
Воздух веющий, сладкий…
С легким треском мигнет
Огонечек лампадки.
Ты не умер — нет, нет!
Мы увидимся вскоре…
Не замоет потоками лет
Мое тихое горе.
Над могильным холмом
Из-за веток сирени
Бледно-белым лицом
Тихо клонится гений.
Август 1903, 1922
ЦЕРКОВЬ
И раки старые; и — мраки позолоты;
В разливе серебра— черна дыра киота;—
И кто-то в ней грозит серебряным перстом;
И змея рдяного разит святым крестом.
Под восковой свечой седой протоиерей
Встал золотым горбом из золотых дверей;
Крестом, как булавой, ударил в ладан сизый:
Зажглись, как пламенем охваченные, ризы.
Два световых луча, как два крыла орла…
И, — тяжело крича, дрожат колокола.
Июль 1903, 1921
КЛАДБИЩЕ
Ветров — протяжный глас, снегов —
Мятежный бег
Из отдалений…
Перекосившихся крестов
На белый снег
Синеют тени…
От нежных слез и снежных нег
Из поля веет
Вестью милой…
Лампад
Горенье в ряд
Берез —
Малиновеет
Над могилой…
Часовня бледная
Серебряной главой сметает
Иней,—
Часовня бедная
Серебряной главой — блистает
В сини…
Тяжелый дуб, как часовой,