— Да этого за глаза хватит!

— А что за хреновина?

— Хреновина называется «Пиранья SТ-032», — сообщил лысый.

Ванька хмыкнул:

— Подходящее название.

— Вот именно. Слышимость превосходная. Пошли ко мне в контейнер, покажу.

Они вышли на воздух. По дороге лысый бормотал какие-то туманные вещи:

— Многофункциональное подслушивающее устройство… возможность подключения к компьютеру, мобильному телефону, защита от акустических генераторов шума…

— Чего?! — удивился Ванька.

— Ну это если против вашего «жучка» создают защиту. То есть если спектральный коррелятор индикатора поля…

Боголюбов плелся позади них и старался не слушать всю эту китайскую грамоту, пока не ткнулся прямо в остановившегося Ваньку. Тот отвел его в сторону и зашептал:

— Слушай, Леха, эта хреновина, оказывается, слишком большая, не меньше сигаретной пачки. А я так понял, что тебе нужен маленький «жучок», верно?

Боголюбов кивнул. Ванька повернулся к лысому. Пару минут они что-то обсуждали. Потом Ванька сообщил:

— Полторы сотни. Есть «жучок» размером с двухрублевую монету, его можно приколоть человеку за воротник, и он ничего не заметит. Но он стоит полторы сотни. Зеленых.

— Сколько?! — отшатнулся Боголюбов.

— Ты слышал.

Таких денег у Боголюбова не было. И возможности в ближайшее время раздобыть — тоже. Что же делать?!

— Слушайте, — оживился он, подойдя к лысому, — а нельзя ли взять у вас «жучок» в аренду?

— Как это?! — поразился лысый.

— Ну очень просто. Я беру у вас его на пару дней. Но, конечно, за гораздо меньшие деньги. Потом возвращаю.

— Ну вот еще! — засмеялся лысый. — Да ты сбрендил, парень. Это же одноразовый бизнес. А если «жучок» обнаружат те, к кому он будет прицеплен? Так ведь часто и бывает. Они что же, тебе его вернут на блюдечке с голубой каемочкой? Нет уж, либо полторы сотни, либо разговор закончен.

Разговор был закончен.

«А чего это я комплексую? — подумал вдруг Богомолов. — Просто «жучок» должен быть живым. Ну и что с того, что я не могу сам зайти в чайную — Наталья увидит меня, — но ведь я же могу послать кого-нибудь вместо себя! Просто это должен быть человек не из наших». Он повернулся к Наумову:

— Ванька, окажи мне еще одну услугу. Нужно проследить за одним человеком.

Если бы он тогда плюнул на все. Если бы просто объяснился с Шаповал… Не было бы теперь Плюгавого.

Жизнь Боголюбова не была бы загублена.

9 ноября бритоголовые из «Штурмовых бригад 88», управляемые и вдохновляемые лидером Всероссийского Национал-Патриотического Движения Николаем Хромовым, учинили в Кунцево вылазку, оставшуюся без внимания средств массовой информации. На сей раз группа подростков в возрасте 13–15 лет численностью несколько десятков человек при невмешательстве милиции в течение нескольких часов терроризировала вьетнамских детей. Точное число жертв неизвестно: ни для кого не секрет, что выходцы из братской в недалеком прошлом страны ни при каких обстоятельствах не обращаются за помощью к властям, полагая — небеспочвенно, — что подобное обращение не приведет ни к чему хорошему, кроме очередных поборов. Уголовное дело по факту хулиганских действий скинхедов заведено не было.

Таковы факты. А вот комментарии: «Узкоглазые сами виноваты — не хотят жить как люди…» Эти слова принадлежат сотруднику ОВД Кунцево, принимавшему в событиях непосредственное участие (безучастие), и выражают весьма распространенную, если хотите, популярную точку зрения. Действительно, вьетнамцы в массе своей по-русски говорят с трудом, все сплошь имеют карликовый рост, в пищу употребляют мясо собак и сороконожек — разве они люди?! Азербайджанские торговцы хоть и не пользуются симпатиями большей части населения, но, по крайней мере, никто не сомневается в их человеческой природе. Выходит, факт избиения скинхедами вьетнамских школьников вполне закономерно не вызвал никакой реакции СМИ: это ведь даже не погром на рынке, так, пошалили детишки, на то ведь оно и детство, чтоб шалить.

Как ни горько это сознавать, но, когда речь заходит о проблемах межнациональных отношений, подобным образом рассуждают многие — очень многие, — не считая необходимым ни скрывать свои суждения, ни раскаиваться, узнав о случайных жертвах. Фашизм пустил глубокие корни в нашем сознании, просто мы не привыкли называть вещи своими именами.

Gazeta.ru

12 ноября

Фамилия Вальки была Игнатов, в списке Николая он уже значился: один их двух одноклассников Руслана, живших в том же подъезде, что и Пуховы. Прежде чем подняться, Николай позвонил. Трубку сняла женщина, очевидно мать Вальки Игнатова. Николай обстоятельно представился, объяснил цель своего визита, пообещал долго не задерживать, но в ответ услышал нечто неразборчивое и недоброжелательное. Она открыла ему, не спросив удостоверения, но дальше порога не пропустила, загородив собой проход, и сразу объяснила причину своего недовольства: