Двухэтажное здание монастыря возвели одновременно с костелом. Оно тоже было из кирпича. Отличительной особенностью его являлось то, что оно не соприкасалось с костелом. На первом этаже располагалась квартира игумена с двумя комнатами, трапезная и две одноместные кельи. На втором — семь одноместных келий.

Во дворе располагались хозяйственные строения: пивоварня, баня, а также школа, больница.

С 1787 по 1807 гг. игуменом монастыря был отец Яцек Уленовский. Именно при нем в 1796 г. и были завершены работы по строительству костела и всех других монастырских построек. Постоянно в монастыре жило 7–8 монахов.

В этой книге выступаю как популяризатор белорусской истории. Поэтому принужден говорить именно об интересном и вечном.

Когда узнал, что на Ушаччине, в Кубличах, создается музей писателя Василя Быкова, тотчас понял, что эта инициатива будет прекрасной добавкой к путешествию в здешний город. Еще бы, ведь там, в Кубличах, родился гений.

Вот всего несколько выписок из тех знаменитых трех абзацев его «автобиографии».

«Родился 19 июня 1924 г. около Кублич… С дошкольного возраста пристрастился к книгам. Читал без разбора все, что попадало в руки. Час без книжки представлялся пустым и неинтересным… Часто жилось в неполадках, нужде. Наверно, по причине некоей инстинктивной душевной самозащиты с малолетства ощутил стремление в свет выдуманного…

…Однако на фронте все оказалось куда более тяжелым и сложным. В первом же бою погиб друг, с которым я приехал из училища… Иногда я думаю, что и человечество еще не до конца усвоило, от чего оно избавилось в минувшей войне, что приобрело и сколько стоили те его приобретения…

…Первые рассказы написал в 1951 г., находясь на офицерской службе в рядах Советской Армии… Несколько вещей считаю неудавшимися, в других, кажется, был близок к мечте, на которую нацеливался. Но теперь вижу, что все тот же бастион великой правды о войне по-прежнему сурово высится в облаках прошлого, и чтобы добраться до его вершины, очевидно, мало одной настойчивости… надо карабкаться на нее, ибо, как писал Генрих Бёль, человек перестает быть художником не тогда, когда создает слабое творение, а в тот момент, когда начинает бояться всякого риска».

От этой сентябрьской поездки в Ушачи у меня остались самые приятные воспоминания. И без того преданный Беларуси, как любимой женщине, должен был еще раз убедиться в красоте и обаянии ее земли.

Теперь буду знать, что кроме Мядельщины и Браславщины у нас есть еще один удивительный уголок, «где будто бы разной формы кусочки чистого неба упали на землю». [3] От чистого сердца призываю: посетите эти места, у вас появится стимул жить и любить жизнь. Я увидел тамошние Лесные озера, искупался в одном из них и до сего времени испытываю упоенность, что побывал в Раю.

По тем сведениям, которые мне любезно предоставили в библиотеке вышеуказанной здравницы, Барковщинские целебные воды, принадлежащие ныне Ушачскому пансионату «Лесные озера», упоминались на швейцарских курортах еще в 1502 г.

В письменных источниках за 1704 г. сообщается о «замечательной ушачской криничке с целебной водой». Эта вода оздоравливала даже неизлечимых: возвращала зрение, способность любить, меняла само мировоззрение.

В первой трети XIX в. здесь, всего в нескольких километрах от Ушач, на старой дороге Лепель — Полоцк была построена первая лечебница. В 1843 г. медик и химик Янт специально прибыл сюда и исследовал химический состав удивлявших всех своей целительной силой вод.

В «Памятной книжке Витебской губернии за 1864 г.» находим следующие сведения. Ну, во-первых, Барковщина это была дача, располагавшаяся в одноименном урочище. Принадлежала она так называемому Судзиловскому имению, которое, в свою очередь, находилось в ведомстве государства. Как бы там ни было, но в 1855 г. врач Немировский сумел создать здесь вполне современный по тем меркам частный санаторий. Здравница имела следующую технологическую структуру: выходы подземных вод были закрыты в пяти деревянных срубах. Вода из срубов по деревянным трубам самотеком, как в Петергофе, подавалась в два деревянных ванных павильона, построенных на фундаменте из крупных камней. В каждом павильоне находились комнаты с ваннами (всего 16 ванн). Кроме того, имелось три дома, где жили больные и обслуживающий персонал.

В год в этом санатории господина Немировского лечилось не менее 300 человек. Причем, не только с Витебщины, но и из России, Германии, Польши, Франции. Швейцарский специалист по санаторному печению Рабо, посетив этот курорт, назвал его среди лучших европейских здравниц подобного типа.

В 1919 г. на территории урочища был открыт государственный санаторий.

В 1920 г. Институт Белорусской культуры направил комиссию для изучения Барковщинского родника. Заключение комиссии было напечатано в 1930 г. в журнале «Наш край» в № 53: «Баркаушчына мае крынiцы с жалезстымi сернымi водамi, якiя па сваёй якасцi не уступаюць мiнеральным водам Кауказа i надзвычай карысныя для хворых рэуматызмам, паралiчом нервнай сiстэмы».