В газете «Чырвоны прамень» 2 февраля 1993 г. были опубликованы отрывки из воспоминаний местной жительницы Марии Красни к о событиях, происшедших в этом городе в феврале 1942 г. Воспроизведу эту статью вкратце, в виде изложения.
Немцы сразу выделили среди прочих все еврейские дома, прибили на них шестиконечные звезды. Взрослые евреи вынуждены были носить на рукавах желтые повязки, а на спине одежды желтые круги. Им запретили навещать один одного, поддерживать связи с соседями белорусами. Нельзя было выходить и за пределы города. Сразу острой сделалась для них проблема питания, так как магазины в Чашниках не работали. Немцы заставляли евреев выполнять самую унизительную работу: убирать траву возле тротуаров, ровнять каналы вдоль дорог… Возымели место и откровенные издевательства: то запрягали в двуколку какого-нибудь пожилого и заставляли возить в бочке воду из реки, то начинали избивать ни за что, ни про что…
В феврале 1942 г. из Бочейкова в город прибыл отряд карателей. Шапки нелюдей украшала эмблема в виде черепа и костей. Одеты они были в длинные белые кожухи, а на ременных бляхах надпись по-немецки: «С нами Бог». Эти страшные пришельцы сразу объявили: всем евреям собраться в Доме культуры (в бывшем Николаевском соборе). Люди в назначенное время не явились.
И тогда в полдень немцы и полицаи стали силой сгонять их. Народ заголосил. Некоторые пытались бежать, но их тут же убивали… Несколько тех жертв долго потом лежало на льду реки, пока весенний паводок не снес тела.
Ночь согнанные провели в холодном Доме культуры. Это было как раз накануне воскресенья.
Рано утром первая партия людей проследовала через город в свой последний путь. Впереди всех шла пожилая женщина. Это была детский врач Либерман. Ветер развевал ее седые волосы…
Сделали попытку задержаться возле синагоги. Но немцы не позволили. Плакали дети. Взрослые же двигались молча, опустив голову.
Потом толпа исчезла за рекой. А еще через некоторое время послышались выстрелы — началась расправа…
Свидетели рассказали, что каратели, остановив толпу, начали с помощью взрывчатки углублять заснеженный карьер. А потом специально мобилизованная группа городских лопатами поправила эту яму.
Людей попросили снять верхнюю одежду, спуститься в яму и лечь на землю. Так, лежа, их и расстреливали. Кто не хотел подчиниться, того расстреливали наверху, а потом сбрасывали…
В тот воскресный день через Чашники проследовали три большие группы. В Преображенской церкви звонили. Был праздник — громницы.
В последней группе шел староста Чарейский. Как бы подводил итог этому ужасному злодеянию.
В карьере на поле Слободских заливных лугов около реки Уллянки в тот день были расстреляны не только евреи. Рядом, в другую, заранее подготовленную яму сбросили замученных белорусов, русских, поляков. И если бы каждого из тех расстрелянных похоронили отдельно, то не хватило бы всего того Слободского поля.
На чашницкой бумажной фабрике заместитель по идеологической работе Светлана Васильевна Подрез передала мне материалы, касающиеся биографии основателя завода и самой судьбы предприятия, которое, в силу своего возраста, является первейшим из сохранившихся памятников этого города.
Оказывается, небезызвестный нам владелец Иванска пан Винцент Игнатьевич Володкович, прославивший себя фундацией местной церкви, был еще и основателем местной фабрики.
Этот представитель старинного польского рода был человеком известным и уважаемым в губернии. Родился он в 1846 г. Являлся почетным депутатом Витебского дворянского собрания от Лепельского уезда, а также мировым судьей Лепельского уезда и членом Лепельского уездного комитета по делам сельскохозяйственной промышленности.
В 1873 г. пан Винцент сочетался браком с баронессой Анной Гартинг (1853–1928). У них было девять детей. Семейству принадлежало 11 тысяч 199 десятин земли, на которой проживало 10 тысяч 134 человека. Центральная усадьба находилась в деревне Иванск. Довольствоваться выгодами лишь сельского хозяйства дворяне в тот период уже не могли. Дыхание капитализма подталкивало к необходимости строить промышленные предприятия. И вот пан Винцент задумал вложить средства в бумагоделательную фабрику.
Последняя была построена в 1886 г. На ее месте прежде находилась водяная мельница. Именно наличие реки и стало главным аргументом в пользу основания на том месте предприятия.
Фабрика сразу получила свое наименование — Скина. Володкович сам запутал исследователей своей деятельности объявив, что это его «дочь». На самом же деле, когда выбирали название предприятию, думали о его продукции. Изначально фабрика называлась «картонной», то есть была предназначена для изготовления оберточного материала. А как известно, в переводе с английского «скина» — оболочка.
Для производства картона было установлено две папмашины. Древесную массу, необходимую для изготовления продукции, создавали на заводе в деревне Вишковичи.