Вот оно что. Впрочем, это довольно странно. С чего вдруг величественному водному божеству без веской на то причины вдруг узнавать, как умер простой смертный?
— Но ведь он не мог сразу прийти к выводу о замене судеб?
— Поэтому ему и пришлось подменить настоящего Повелителя Земли, чтобы затесаться в ряды чиновников Верхних Небес и обо всём разузнать. Смелость понадобилась немалая.
Се Лянь протянул:
— Если бы не убийство настоящего Повелителя Земли и тот инцидент с двумя сотнями рыбаков, которые попали в шторм, его бы можно было охарактеризовать как «смелого и рассудительного» человека.
Хуа Чэн однако возразил:
— Гэгэ, кто конкретно убил настоящего Повелителя Земли, мне неизвестно, но боюсь, тех рыбаков в Восточное море забросил кое-кто другой[242].
«Думы в разлуке». Горячее сердце нарушило строки чернил
Се Лянь удивился:
— Но кто это мог быть? Да и по логике в подобный шторм могло затянуть не более пятидесяти человек.
Хуа Чэн ответил:
— Могу предположить, что тот же, кто послал к тебе пустую оболочку под видом монаха во время инцидента с Крепостью Баньюэ.
Выходит, что всегда существует чья-то рука, которая толкает принца в самый центр конфликта?
Се Лянь ощущал полнейшую растерянность.
— Но какова его цель?
Хуа Чэн задумчиво покачал головой. Снаружи вдруг послышался радостный детский смех, и Хуа Чэн перевёл зоркий взгляд в сторону звука. Се Лянь, посмотрев в том же направлении, через окно увидел играющих детей — Гуцзы, совершенно беззаботный ребёнок, катался на плечах Лан Ина.
Разумеется, четыре новости — хитроумный обман Повелителя Вод, истинная личность «Повелителя Земли» и настоящая судьба Повелителя Ветров, а также пропажа головы Ши Уду — стали четырьмя раскатами грома среди ясного неба, которые потрясли всех, и каждый звучал громче другого. Среди чертогов Средних и Верхних Небес поднялись горячие обсуждения.
На некоторое время все оказались настолько ошеломлены, что никто не знал, что в таком случае лучше сказать. Даже во дворце Шэньу никто не выдвинул дельного предложения, да и сам Цзюнь У, казалось, скоро не удержит ладонью лоб.
Мин И всегда мало общался с другими небожителями, только такой как Ши Цинсюань, дружелюбный и приставучий, мог с ним сдружиться. Остальные не могли похвастаться близкими отношениями с ним, и всё же мысль о том, что среди них оказался легендарный непревзойдённый Князь Демонов, стала поистине серьёзным ударом.
Чтобы сыграть роль Повелителя Земли, Князь Демонов за долгие годы приложил немалые усилия, заполучил расположение множества последователей в мире людей и даже вошёл в десятку лучших на Состязании фонарей во время праздника Середины осени. Занял место более высокое, чем подавляющее большинство чиновников Верхних Небес! Немыслимо и пугающе. Не зря он удостоился титула непревзойдённого Князя Демонов. Дошло до перешёптываний — окажись среди них прямо сейчас Хуа Чэн либо кто-то из его подчинённых, потрясение было бы в разы меньше.
Никто не стал поднимать вопрос о личных счётах Чёрного демона чёрных вод с Повелителем Вод Уду, но настоящий Повелитель Земли И всё-таки погиб от руки Черновода, в этом ни у кого не оставалось сомнений. Поэтому с Верхних Небес спустили приказ об аресте Чёрного Демона. Однако каждому было ясно — пожелай непревзойдённый Князь Демонов спрятаться, и найти его будет не так-то просто.
Случилось то, что называют «когда падает стена, её толкают все». Ранее, когда Повелители Ветров и Вод находились на вершине славы, один их зов встречал всеобщее одобрение. Ши Уду всегда являлся для всех луной среди звёзд, но после его трагической гибели никто не осмелился даже вздохнуть в его поддержку. Ши Цинсюань обожал заводить друзей, всегда был щедр на дары, но теперь все его бесчисленные «друзья» подевались неизвестно куда.
Пэй Мин забрал с острова обезглавленное тело Повелителя Вод. В день похорон почти никто не пришёл — кроме Се Ляня и Линвэнь явились лишь несколько небесных чиновников. Се Лянь вспомнил, что за последние дни, намеренно ли, случайно ли, а кое-кто в мире людей уже начал сжигать и рушить храмы Ветров и Вод. Сам принц, не в силах смириться с этим, несколько раз мешал подобным деяниям. Но со временем люди заметят, что божества, которым они молятся, утратили силу, и дальше будет только хуже — процесс можно остановить на время, но всю жизнь препятствовать ему нельзя. Пройдёт ещё лет десять-двадцать, а то и меньше, и народ позабудет о двух божествах, которые когда-то стояли на самой вершине Верхних Небес. Думая об этом, принц невольно печалился.
По завершении церемонии Се Лянь обратился к Линвэнь:
— Простите, что приходится просить вас разузнать местонахождение Повелителя… Цинсюаня.
Линвэнь выглядела серьёзной. Уже многие дни улыбка не трогала её лица.
— Не нужно лишних слов, Ваше Высочество. Разумеется, я сделаю всё возможное.
— Ваше Высочество, — заметил Пэй Мин, — чем просить о поисках дворец Линвэнь, этих старых волов, запряжённых в поломанную телегу, которые будут тащиться черепашьим шагом, лучше сразу обратились бы к своему Собирателю цветов под кровавым дождём. Не мог бы он осведомиться у этого сумасшедшего Чёрного демона, куда тот запрятал Цинсюаня? Голову Водяного шисюна он и так забрал, чего ещё ему надобно?