— Жулай будет? — спросила Сеона, когда я собрал Лиссу, ее и Апелия на демонстрацию (и испытание) моих пузатых горшочков.

— Он занят — каждую свободную минуту ищет в библиотеке информацию по дракону. Так что выдвигаемся вчетвером.

Мы направились к лесу Туманов, только не доходя до самого леса, свернули в сторону. Прошли мимо основных тропинок, место всегда было тихим и безлюдным, идеальным для экспериментов. Когда мы дошли до опушки, я выбрал подходящее место: старый пень, окружённый густой травой.

— Вот здесь и проверим, — сказал я, доставая из мешочка гранату.

— И что это такое? — спросила Сеона, прищурившись.

— Это граната, — начал объяснять я. — Внутри смесь алхимических реагентов и железные осколки. Когда фитиль сгорает, происходит взрыв, который разбрасывает осколки во все стороны. Эффект зависит от расстояния: чем ближе цель, тем сильнее урон.

Я поджёг фитиль и быстро отбежал в сторону вместе с остальными. Через несколько секунд раздался громкий хлопок, и трава вокруг пня взлетела в воздух. Когда дым рассеялся, мы подошли ближе.

Сеона скептически осмотрела место взрыва.

— Не впечатляет, — покачала она головой. — Любой огневик стадии пробуждения создаст огнешар, который бахнет ничуть не хуже, — отмахнулась Сеона, но я чувствовал её заинтересованность.

— Да, но если ты не заметила, наш огневик всего лишь на стадии закалки! — ответил уязвленный Апелий.

Я уже раздумывал, запустить ли вторую гранату, когда вдруг заметил движение на горизонте.

От города в нашу сторону стремительно мчался человек. Он двигался неестественно быстро, словно его несло к нам ураганом.

— Практик, — напряженно сказала Лисса, выпрямляясь.

Человек замедлился в десяти метрах от нас и перешел на шаг. Его черное ханьфу мягко колыхалось, а на груди поблескивал вышитый символ секты. Лет двадцати пяти, коротко стриженный, взгляд пронзительный, цепкий.

— Добрый день, ученики. Потрудитесь объяснить, что это был за хлопок?

— Испытываем алхимические штуки.

— Поня-ятно, — протянул практик. Оглядевшись, он направился к месту взрыва. Подошел ближе, провел пальцами по поверхности пня — взрывом с него сорвало кору, оставило отметины. Четыре железных кусочка торчали из пня, погруженные внутрь на пару сантиметров. — Наставников в известность ставили?

— Не ставили, — признался я.

Адепт медленно кивнул.

— Видите, как разлетелись осколки? Вы могли поранить кого-то из своей же группы. Следующие испытания проводите только после уведомления наставников и после их одобрения. Поняли?

Мы молча закивали, осознавая серьезность его слов. А я подметил, что адепт не заострил внимание на том, что для юношеских игр такие взрывоопасные штуки чересчур мощные. Либо же не обратил внимания потому, что талантливые практики могут долбануть и сильнее.

— Быстро вы появились, — с невысказанным вопросом констатировал я.

— Я в городском патруле. Мы должны реагировать на все, что выходит за пределы нормы, будь то жутковатый путник с закрытым лицом, громкие звуки, вопли о помощи или тварь, мелькнувшая за холмами. Если честно, я думал, кто-то взорвал огнешар у леса.

Практик осмотрелся, но не нашел ничего интересного.

— Надеюсь, на этом ваши эксперименты окончены?

— Да.

Итак, гранаты изобретены и протестированы. Теперь осталось самое важное: научиться перемещать их через печати, не перемещаясь самому. Без такого умения я к дракону не сунусь, и других не пущу. Не стоит слепо верить, что дракон — наш будущий друг, даже несмотря на прекрасные и миролюбивые истории из жизни мастера Линя.

Тренироваться с печатями я начал уже вечером. Вошёл в тренировочный зал, тихий и пустой, где едва заметно пахло дымом: то ли со стороны города ветер принес дым от многочисленных печей, то ли запах исходил от манекенов, на которых днем тренировались практики.

Помещение окутывала уютная темнота, пока я не коснулся пары магических светильников на стенах. Один за другим они плавно загорелись мягким светом. Тени заплясали на потрёпанных манекенах.

Я подошёл к центру зала, махнул рукой. Повинуясь мысленной команде, с пальцев сорвалась печать «Врат ночи», проплыла по воздуху и «приклеилась» к стене, так на ней и застыв.

На этот раз я не собирался перемещаться сам: этот прием давно отработан. Я подкинул на ладони камень, гладкий и тяжёлый.

Я позволил силе обхватить меня, мою одежду, камень. А когда поток теневой Ци окутал нас и печать активировалась, вместо того, чтобы переместиться вперед, я остался на месте, всеми духовными силами вцепляясь в место, на котором стою. Одежда осталась со мной, а вот камень должен был переместиться.

Только он лишь дёрнулся на ладони, и энергия вмиг рассеялась.