— А, это один из хороших знакомых дядюшки. Фамилии его я не знала, и где он сейчас — тоже не знаю. Кажется, тоже коллекционировал марки. Да, да, смутно припоминаю, вроде бы дядя их и познакомил друг с другом, Фелека с Казиком, ведь они оба были филателисты. Но как давно это было!
Остальных неизвестных лиц пани Амелия не знала, но ей казалось, что Густав когда-то работал вместе с дядюшкой, хотя не уверена. На вопрос о том, почему в чемодане не нашлось ни одного письма от Казика, пани Амелия объяснила, что Казик присылал дядюшке только почтовые открытки из Швеции, по большим праздникам поздравлял. А все открытки она выбросила с самого начала, за что очень просит её извинить.
Не очень-то помогла пани Амелия, от дедушки оказалось гораздо больше пользы.
— Разумеется, я знаю, кто такой Иеремия Плошинский, — сразу же заявил он. — Вернее, был. Не только филателист, но тоже эксперт, весьма известный у нас. Уже несколько лет как умер.
— А поточнее не помнишь? — добивался Павлик.
— Поточнее сейчас не скажу, но если вам это очень нужно, завтра в Обществе филателистов уточню. Кто там ещё у вас? Вицковский? Не знаю такого. М.Наховская, Мария, эта женщина раньше работала в магазине «Филателия», время от времени появляется у нас в клубе. Сама она марок не коллекционировала, но очень хорошо разбиралась в них, многие через неё и продавали, и покупали. Человек очень порядочный, честный. Правда, что-то в последнее время её не видать, странно… Так, давайте дальше. Пшеворского не знаю. Махняк и Филипек — первый раз слышу. Судзиковский… — тоже не знаю. Но учтите, мои милые, я могу и не знать всех польских филателистов, ведь их тысячи!
— Ничего, дедуля, и за этих спасибо, — радовались внуки. — А теперь у нас кое-какие сокращения, мы уже головы сломали. Например, что, потвоему, может означать «фальш. п»?
— Конечно, «фальшивые польские», — не задумываясь ответил дедушка.
— А что это значит?
— Значит — поддельные марки. Слышали ведь о фальсификации марок? Целые книги об этом написаны. Конечно, может означать и подделку, например, подписей или ещё чего, но вы просили меня называть первое, что приходит в голову в связи с марками? Так вот, первая ассоциация — фальшивые марки, польские.
— Лопнуть мне на этом месте! — с горечью воскликнул Павлик. — Так просто! Чем я думал, где была моя дурацкая голова?
— Оба мы неизвестно чем думали, — согласилась сестра, — и давно надо признать, что на нас нашло какое-то умственное помрачение. Дедуля, а заграничные марки тоже подделывают?
— Ещё как! — ответил эксперт-филателист. — По этому поводу написана целая литература. Вон полка, видите?
Повернувшись, дедушка указал на одну из полок своего стеллажа. Она была тесно заставлена множеством книг, толстых и тонких, на разных языках.
— Во всех странах существует специальная литература на эту тему, — пояснил дедушка.
Брат с сестрой издали одновременно тяжёлый вздох. Нет, этой литературой им ни за что не овладеть!
— Ладно, дедушка, литературу оставим в покое. Давай отгадывай дальше. «Кат рыбы».
Тут дедушка призадумался, потом не очень уверенно произнёс:
— Может быть, так прозвали какого-нибудь выдающегося удильщика? Люди чего только не придумают. Но тогда логичнее было бы его прозвать «катом рыб». Палач одной рыбы? Сомнительно…
— Да нет же, — вмешалась Яночка, — там после слова кат стоит точка, значит, сокращение. Кат, точка, рыб.
— Каталог? — предположил дедушка. — Каталог рыб?
— А разве такие бывают? — удивился Павлик.
Очень не хотелось дедушке выглядеть в глазах внуков этаким незнайкой, но честная натура победила.
— Не знаю, — признался старый джентльмен. — О каталогах не слыхал, а энциклопедия рыб существует. А может, после «рыбы» ещё что написано? Или все-таки там у вас «рыб» и точка, тоже сокращённо? Тогда можно предположить, что речь идёт, например, о «Каталоге рыбака», знаете, описание всякого там рыбацкого снаряжения и повадок рыб, правил ужения и прочее. У нас я такого не видел, а за границей встречал.
— Ладно, пока оставим рыбу. Пошли дальше. Гиб. С большой буквы.
— Гиббоне, что же ещё? — удивился дедушка.
— Чтоб мне…
— Точно! — перебила брата девочка. — Каталог Гиббонса! Тогда «Цум.» обозначает каталог Цумштайна. Есть же у нас оба эти каталога, пани Амелия подарила.
— И умственное затмение тоже есть. — с горечью заметил Павлик. — Чтобы такого не расшифровать, какими же надо быть идиотами! Полный маразм! Дедуля, вот ещё — «сант.» — Как ты сказал? — удивился дедушка.
— «Сант.» Тоже сокращение.
— Тут у меня никаких ассоциаций с марками что-то не появляется, — сокрушался дедушка. — Должно быть, ваше умственное затмение заразное и на меня распространилось. В голову одни сантехники лезут.
— Наверное, это действительно сантехник, — предположила внучка. — Там указан адрес, проверим. Тогда нам осталось всего-навсего «ск. Ф. и ст.» и «ан, лаб».
С этими таинственными сокращениями умный дедушка справился одной левой. Может, потому, что совсем недавно бабушка посылала его в мастерскую по склейке фарфора и стекла отдать в ремонт разбившийся абажур настольной лампы. А в аналитическую лабораторию дедушка неоднократно обращался самостоятельно, там для него делали всякие необходимые анализы. К сожалению, к филателии это имело столь же отдалённое отношение, что и сантехник.