Видя его в таблоидах с другими знаменитостями, читая слухи о его личной жизни в бесчисленных статьях в Интернете, я понял, насколько мы разные.

Насколько разными мы были всегда.

Я был уверен, что даже если мы снова встретимся, эти различия уже не будут такими милыми, как в старших классах.

Именно тогда я отказался от предложений о работе после окончания университета и взял годичный отпуск. Я путешествовал. Я творил невероятные вещи.

Я путешествовал с рюкзаком по Европе, распивал пиво, веселился и повидал мир. Влюбился.

Или... возжелал.

Увлекся... общением. Пожалуй, это самое подходящее слово для этого.

Я действительно люблю Шеннон, но поскольку двое американцев случайно встретились в Греции, полюбили друг друга в Германии и поженились в Нидерландах, всё это было безумным вихрем событий, которого, вероятно, не должно было случиться.

То, что тогда казалось отличной идеей, к моменту возвращения в Штаты уже превратилось в напряжённую ошибку.

Не говоря уже о последовавшем за этим долгом разводе с осложнениями из-за международного брака двух американских граждан.

Встречались несколько недель. В браке год. Раздельно жили восемнадцать месяцев. Чёрт, я бы до сих пор жил с ними, если бы мой босс в «Catalina Resort and Casino on the Strip» не услышал мою историю и не предложил этот номер на столько, сколько понадобится.

Он небольшой, но в нем есть совмещенная гостиная и столовая, небольшая кухня и спальня с прекрасным видом и джакузи в углу.

Это еще одна неприятность, которую мне пришлось бы объяснять Кэштону, если бы я поехал в «Долину смерти».

Если он вообще будет заинтересован. Если он вообще помнит о соглашении. Прошло десять лет.

– Какая знаменитая рок-звезда будет помнить занудного парня, с цифрами в голове, из старшей школы?
– Я говорю это скорее для себя.

Шеннон наклоняются ко мне.

– Какой парень забудет, с кем потерял девственность?

Замечание принято.

Они подталкивают меня плечом.

– Ты должен пойти.

Я должен.

Но знаю, что не пойду.

Глава 3. Кэш

Глубокий вдох, Кэш.

Я не испытывал такого волнения со времени своего первого живого выступления на VMA[1]. От этого фестиваля зависит многое. Не только моя карьера, но и моя жизнь.

Я ждал этого момента с тех пор, как Шерлок вылез из моего окна более десяти лет назад.

– Тебе следовало связаться с ним, - говорит Себ, стоящий рядом со мной.

После шоу, где мы узнали, что будем выступать здесь, я выплеснул все свои эмоции ребятам.

Себ считает, что глупо не разыскивать его, потому что я возлагаю все свои надежды на то, что этот парень вспомнит о договоре, заключенном в восемнадцать лет, сразу после того, как кончил в меня. Он думает, что я настраиваю себя на разочарование, и я солгу, если скажу, что не думал так же.

Но у меня не хватило смелости обратиться к незнакомцу, которым он стал сейчас. И кроме попыток найти его родителей, не захотевших помочь мне связаться с ним много лет назад, или кого-то еще из нашей прошлой жизни, кто мог бы знать, где он, я бы все равно не знал, где искать.

Судя по тому, что я нашел в Интернете, Шерлока Эмерсона больше не существует. Мяч на его стороне.

И у меня в горле.

Я с трудом сглатываю подступивший ком.

– Ты не можешь сказать мне, что он появится, что он будет тем же милым парнем, которого я помню со школы, и что я осуществлю свою давнюю мечту и буду жить долго и счастливо?

Себ поджимает губы.

– Скажи мне еще раз, почему ты не питаешь особых надежд?

Он прав. Он абсолютно прав.

Вероятность того, что Шерлок действительно сейчас здесь, на ярком солнце жаркой пустыни, и просто ждет, когда я выйду на сцену, ничтожно мала.